Эротический рассказ селия
Автор: � | 2025-04-16
И тут мама села и заплакала, я сел перед ней на корточки взял ее за StoriesPorno - порно рассказы, эротические рассказы. 18only Вам уже Порно рассказы » БДСМ » Связала и села на лицо. Связала и села на © 2025 SexReliz.cc - эротические рассказы и секс истории. Все
Эротические рассказы: Случай в селе
В первые дни января в комнате леди Рэдли, в гардеробной, сменяя друг друга, дежурили горничные, чтобы сразу отправиться за врачом, когда у хозяйки начнутся роды.
Лорд Рэдли преобразился; куда подевался тот флегматичный увалень. Он окружал жену такой заботой, что Шарлотта смеялась: "Ты меня избалуешь!". Муж почти не отходил от нее, поддерживал под руку, а на прогулках страшно боялся, что жена может простудиться или подвернуть ногу. Сразу после прогулки Рэдли убеждал Шарлотту прилечь: "Тебе нужен отдых!". И, когда жена лежала, любовался ею, и, спросив разрешения, касался ее живота. Когда в ответ его била изнутри маленькая ножка, Рэдли смеялся: "Похоже, мальчуган будет озорником, если уже начинает драться!". "Надеюсь, не таким, как его отец", - думала леди Рэдли.
Селия с мужем часто приезжали с визитом. Молодая леди Карстерс оживленно рассказывала о том, как осваивает роль хозяйки дома, учится вести дела, куда они ездили на выходные, а наедине с матерью расспрашивала о беременности и родах потому, что молодые супруги решили надолго не откладывать пополнение семьи. Селия больше не пыталась вернуться к разговору, так и не состоявшемуся в карете невесты, но не забыла о том, что хотела сказать матери. Но леди Рэдли ее не расспрашивала, интуитивно опасаясь этой тайны дочери.
*
Схватки начались когда лорд и леди Рэдли вставали из-за стола после ужина. Вскрикнув от внезапной боли, женщина схватилась за угол стола; на глазах выступили слезы.
Рэдли с удивительной для своей комплекции скоростью подбежал к ней, подхватил под руки:
- Что? Уже?
- Кажется, да, - прошептала леди Рэдли, еле дыша от боли.
- Перкинс, приведите доктора! - закричал Рэдли, побледнев от тревоги. - Мартина, воду, полотенца, быстро! Шарлотта, милая, пойдем, я помогу тебе добраться до комнаты, сейчас придет врач... Все будет хорошо, не волнуйся, - успокаивал он жену, поднимаясь с ней по лестнице. Женщина закусила губы, ее рука, лежащая на плечах мужа, дрожала. Каждый шаг причинял новую боль. Чувствуя, как тяжело жене на лестнице, Рэдли останавливался почти на каждой ступеньке, давая Шарлотте отдохнуть. Служанки суетились, таская кувшины с водой и полотенца. Помощник дворецкого, накинув куртку поверх ливреи, побежал на соседнюю улицу за доктором. Суматоха в доме заглушила даже завывание метели снаружи. Ненадолго боль утихла, и леди Рэдли благополучно добралась при помощи мужа и камеристки до будуара. Лорда буквально вытолкали из комнаты жены, и он покорно спустился в кабинет. Ожидая врача, Реджинальд выпил две порции бренди и зажег сигару. Руки дрожали от разносящихся по дому мучительных криков Шарлотты. Восемнадцать лет назад Рэдли так же сидел в гостиной и обливался холодным потом каждый раз, когда жена заходилась в крике, и служанки метались туда-сюда. Он не мог заснуть всю ночь, страдая вместе с женой и пытаясь выпытать у измученных врача и акушерки, все ли проходит благополучно. И невыносимо было понимать, что он не может помочь Шарлотте, остается только ждать. Но почему она, такая хрупкая и нежная, должна терпеть ужасную боль? Поэтому после рождения Селии Реджинальд не торопил жену со вторым ребенком. В ночь, когда рождалась дочка, лорд Рэдли корил себя, это из-за него Шарлотта рыдает от боли, и не мог отважиться на разговор о сыне, о том, чтобы снова подвергнуть жену этим мучениям...
Хлопнула дверь, и поспешно вошел доктор Эванс, на ходу сбросив шубу на руки дворецкому.
- Помогите моей жене, - выбежал навстречу Рэдли, - сделайте что-нибудь, она очень страдает!
- Не беспокойтесь, лорд Рэдли, - уже с лестницы ответил доктор, громыхая чем-то в своем чемоданчике, - леди Шарлотта хорошо переносила ожидание, и при родах не должно возникнуть осложнений. Я бы посоветовал вам пока отдохнуть, - он отметил нездоровый цвет лица Рэдли и его тяжелое, с присвистом, дыхание.
Реджинальд послушно прилег на диван в кабинете, но заснуть так и не смог. Беготня служанок, короткие указания доктора и отчаянные крики роженицы были слышны даже здесь. "В прошлый раз она так не кричала, - обливался холодным потом лорд, ворочаясь на диване, - ну сколько же еще? Неужели Эванс ничего не может сделать, чтобы она легче перенесла это?".
На рассвете он ненадолго задремал, но уже через час проснулся от громкого крика новорожденного.
*
Леди Рэдли с трудом приходила в себя, не веря, что все уже позади. Боль постепенно утихала. А ее сын сердито кричал, пока служанки мыли его и заворачивали в пеленки.
- Поздравляю вас, леди Шарлотта, - усталый доктор Эванс улыбнулся ей. - У вас мальчик, крупный и красивый. Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, мне уже лучше, - улыбнулась в ответ леди Рэдли, пока две служанки хлопотали вокруг нее. - Можно мне взглянуть на сына?
Когда ночью схватки несчетное число раз пронизывали ее тело мучительной болью, подбрасывая ее на постели, пот заливал глаза, а посторонний мужчина прикасался к ее телу и видел ее наготу, леди Рэдли вспоминала, как еще недавно точно так же вскрикивала, вскидывалась и металась в объятиях Дориана, и ей не было так тошнотворно стыдно, когда юноша зажигал весь свет в спальне и не давал женщине прикрыться простыней или рубашкой: "Я хочу видеть тебя, любоваться тобой, - говорил он. - Тебе нечего стыдиться, ты совершенна. Почему ты прячешь от меня свою красоту? Разве она постыдна?". И постепенно Шарлотта перестала прятаться под одеяло, сворачиваться клубочком и хвататься за сорочку, когда Дориан приподнимался и окидывал ее неторопливым взглядом. Она словно наяву видела склоненное над ней лицо со смеющимися карими глазами и нежными ямочками на щеках; имя Дориана трепетало на ее устах, когда рождался их ребенок, и Шарлотта трижды прокусила губу до крови, чтобы не выкрикнуть запретное, не выдать себя, Дориана, загородный домик, шелестящую мишуру, запах нарциссов в спальне... И боялась, что при следующем приступе боли она все-таки не совладает с собой. Какое счастье, что все позади...
*
Ей подали ребенка. Довольно крупный темноволосый мальчик с красным личиком и зажмуренными глазками громко кричал на руках у врача и служанок. Но когда его передали матери, почти моментально успокоился. "Он все время плачет, ему холодно... Позаботься о нем, ему там не место", - сказала ей во сне девушка в мокром платье, и младенец перестал плакать, оказавшись на руках у леди Рэдли.
Увидев, что новорожденный что-то жадно ищет губами, леди Рэдли приложила его к груди. Пока ребенок сосредоточенно причмокивал, женщина рассматривала его. Конечно, в первые часы его жизни сложно определить, на кого он похож, но уже заметны задатки будущей красоты. Аккуратные ушки, тонкий прямой носик, изящная линия губ. Темные волосики, а глаза, наверное, карие. "Рэдли не помнит даже цвета моих глаз, - успокоила себя Шарлотта, - не говоря уже о наших гостях...".
Она продолжала рассматривать ребенка, который уже заснул у нее на груди, и на глазах выступили слезы умиления. До чего же он красив, ее долгожданный сын! А как будет счастлив Реджинальд, который так боялся, что род Рэдли оборвется, потому что он уже слишком стар. Рэдли получит наследника. А она будет любить и лелеять своего маленького Дориана, и хотя бы первые 18 лет он будет принадлежать только ей...
*
Селия приехала, узнав о том, что ночью в родительский дом вызвали доктора Эванса.
Едва не упав на бегу, девушка на ходу сбросила шляпу и тальму на руки дворецкому и вбежала в гостиную. Взглянув на лицо отца, шагнувшего ей навстречу, Селия перевела дыхание: "Слава Богу!".
- Все хорошо, дочка, - лорд Рэдли от избытка чувств обнял и расцеловал дочь. - У тебя братик. Мама сейчас спит. Эванс сказал, что ей нужен отдых. Она решила назвать сына Маркусом Реджинальдом. Я уже видел их. А почему ты приехала одна, без мужа? - спросил лорд. Он медленно привыкал к тому, что его дочурка - уже замужняя дама, к ее модной прическе, взрослым платьям, запаху духов и тому, что старший сын Теодора Карстерса, неугомонный шалопай Дэйв - без пяти минут юрист и муж Селии.
- Дэвид в университете, - Селия опустила глаза, перебирая оборки платья, - готовится к экзамену в библиотеке. Он передает свои поздравления и приедет с визитом, когда освободится.
- Что-то случилось? - Реджинальду послышались в голосе дочери неверные нотки. Он пересел на пуфик рядом с ней и обнял.
- Ничего, - девушка отвела глаза. - Вам показалось, правда. Только не говорите об этом маме, она будет нервничать, а ей сейчас нельзя...
- Так мне показалось? - Рэдли пытливо взглянул в лицо дочери. - Да, видно, к старости я становлюсь мнительным.
Селия благодарно прижалась к плечу отца.
- Маркус - хорошее имя, - сказала она.
- Крестными будут Агата и Гарри Уоттон, - вернулся к своей радости лорд Рэдли. - Шарлотта крестила дочь Гарри в июне, и тогда же Уоттон согласился быть крестным нашего ребенка.
Селия слушала, кивала, отвечала, ждала, пока ей разрешат навестить мать и братишку, и надеялась, что не выдаст себя. В том, что ее отношения с Дэвидом не так благополучны, как выглядят, виновата она сама. И она уже не маленькая девочка, чтобы плакаться родителям. Селия многому научилась у матери. "Мама, маменька... Если бы вы знали...".
*
Селия все чаще навещала родителей, объясняя это тем, что Дэвид почти переселился в университет, и она не знает, куда себя девать в пустом доме. Лорд Карстерс приезжал с молодой женой очень редко, оживленно рассказывал об экзаменах, о том, что ему уже предложили практику, садился подле Селии и держал ее за руку, и лорд Рэдли окончательно успокоился. "Показалось, у них все хорошо!". Но чуткий женский взгляд его жены отмечал неестественный энтузиазм Дэвида, натянутую улыбку Селии и то, как вяло и словно нехотя держит зять руку девушки, а Селия совершенно безучастна. Но расспросить об этом дочь или зятя было невозможно. Беспокойство леди Рэдли росло: в августе Селия и Дэвид ожидали ребенка, и, если к этому времени не разрешатся разногласия, в каких условиях будет расти малыш.
Селия охотно играла с маленьким Маркусом, вывозила его в коляске в сад, а однажды попросила мать научить ее купать и пеленать ребенка.
- Правильно, скоро тебе это пригодится, - охотно согласилась леди Рэдли, вынимая из кроватки трехмесячного Маркуса, пока служанки готовили ванночку, полотенца и чистые пеленки. - Меня этому никто не научил, и я была совсем неумелой, боялась к тебе подойти. Ты была такая крохотная, казалась очень хрупкой, и у меня руки дрожали от страха. И когда няня купала или переодевала тебя, я стояла рядом и умоляла: "Только осторожнее, не сделайте ей больно!". А когда кормила, боялась уснуть с тобой на руках. Старшие сестры рассказывали мне о детях, которые от этого задохнулись или расшиблись, упав из рук.
- А на прогулке? - оживленно спросила Селия, которой трудно было представить, что когда-то ее мама, такая решительная и уверенная в себе, могла чего-то бояться.
- А на прогулке страхов было еще больше, - Шарлотта положила Маркуса на пеленальный столик и стала разворачивать пеленки. - Ты могла простудиться, выпасть из коляски, получить тепловой удар, тебя могла укусить пчела... Страшно подумать, какой пугливой я была!
- Он подрос, - Селия засмеялась, глядя, как смеющийся Маркус шлепает пухлыми ладошками по воде. - Он так любит купаться!
- Будь его воля, он переселился бы в ванночку, - леди Рэдли придерживала весело подпрыгивающего ребенка, а другой рукой взяла мочалку. - Селия, передай мне чашку с мылом.
Селия взяла чашку, повернулась, чтобы поставить ее рядом с ванночкой. Маркус залепетал и протянул ручонку, чтобы схватить сестру за рукав. Взгляд Селии упал на пухлую, в перетяжках, руку братика. Чуть ниже правого плечика было крупное родимое пятно, по форме напоминающее цветок нарцисса.
- Селия, - повторила леди Рэдли, - подай мне мыло, - она подняла глаза и увидела дочь, застывшую в неловкой позе, ее остановившиеся глаза и бледное лицо. - Господи, что с тобой? Тебе нездоровится? - женщина инстинктивно потянулась, чтобы поддержать Селию. И проследила за ее взглядом. Родимое пятно на руке Маркуса. Как хорошо Шарлотта его знала, как изучила каждую его черточку, когда Дориан распускал ее волосы и перебирал их, протягивал руки, лежа на кровати: "Ну, иди же ко мне!", или во сне переворачивался на бок, натягивая одеяло на голову так, что снаружи оставались только его темная макушка и рука, сжимающая край одеяла, гладкая, с аккуратными мускулами и белой, как мрамор, кожей, и этот "нарцисс" ниже плеча...
"Раньше преступников клеймили лилией, а я - Нарцисс", - смеялся Дориан, играя своими милыми ямочками на щеках. "Почему ты преступник?" - спросила леди Рэдли. "Потому, что грешно желать чужую жену, - прошептал Дориан, привлекая женщину к себе и распуская ее золотистые волосы, - а я ничего не могу с собой поделать, - он прижался губами к ее губам, осыпал поцелуями ее шею, плечи. - И смею надеяться, что и ты меня... - прогудел он почти в самое ее ухо, последнее слово Шарлотта не различила потому, что сердце запрыгало как мячик от его объятий и поцелуев, а по спине пробежали щекотные мурашки. "Ты сводишь меня с ума, - прошептал Дориан, - еще с того дня, как впервые увидел тебя в гостиной у Гарри. Твой муж высмеял мой старомодный фрак, а я даже слов не разобрал потому что видел только тебя и слышал только твой смех, когда ты разговаривала с подругами...". "Ты, наверное, это всем своим пассиям говоришь!". "Ни одной, - серьезно ответил Дориан, уже без оттенка любовного воркования или дурашливости, его глаза потемнели, как черный бархат, а лицо стало строгим и взрослым. - С тобой не сравнится никто!".
Она покраснела и села на кушетке, не веря своим ушам. "Это правда", - сказал Дориан и обнял Шарлотту за талию.
Отметину в виде цветка на правой руке Маркуса она заметила еще тогда, когда мальчика впервые подали ей после родов. Сердце тревожно стукнуло. Потом леди Рэдли успокоила себя - в салонах не принято ходить раздетыми, и, скорее всего, мало кто знает о родимом пятне. А те, кто знает, - вспомнила Шарлотта леди Джулианну, - болтать об этом постесняются. Так что мне ничего не грозит. Некому шепнуть Рэдли о том, что у Маркуса такой же "нарцисс" на руке, как у Дориана... Конечно же, знал несчастный мистер Холлуорд...". Вспоминая Бэзила, леди Рэдли со страхом прерывала ход своих мыслей. Что за темная история произошла в доме Дориана в ту ночь? Шарлотта боялась даже предполагать. Сибила называла какого-то "его", сеющего зло в жизни Дориана. Но кто "он", леди Рэдли не хотела знать. Она подозревала, что эта тайна слишком опасна.
*
- О, опять эта мигрень! - леди Рэдли прижала пальцы к виску. - Эвелин, Лили, пожалуйста, искупайте и уложите Маркуса, а леди Карстерс проводит меня в будуар...
Селия встревоженно взглянула на мать, но, встретившись с ней взглядом, поняла ее игру. Мать и дочь рука об руку вышли.
Плотно закрыв дверь будуара, леди Рэдли еле слышно спросила у дочери:
- Селия, тебе... тебе знакомо это родимое пятно?
Девушка только кивнула. Она покраснела до слез и больно прикусила губу.
У леди Рэдли сжалось в груди так, что перехватило дыхание, и она прижала ладонь к глазам.
- Мама? - обеспокоенно шагнула к ней Селия.
- Так он был с тобой, - прошептала Шарлотта. - Все-таки был...
Селия снова кивнула, опускаясь на пуфик и всхлипывая. Она поняла, что выдала себя неосторожным взглядом. И стыдно было не только за свой грех, но и за то, что она знала о матери. Девушка хотела признаться во всем в карете невесты осенью, но тогда решимость изменила ей.
- Как это случилось? - Шарлотта сидела напротив дочери на краю кресла, до белизны сжимая пальцы и шептала так, будто разучилась говорить иначе.
- На дебюте, - так же тихо отвечала Селия. - Он предложил тост за опьянение, а потом еще принес полный бокал коньяка и поддразнивал, неужели я до сих пор маменьки боюсь... А потом в моей комнате... я ничего не соображала... он просто взял меня... а потом... ой, больше не могу, простите, мама... - Селия заплакала, по-детски закрыв лицо руками.
Леди Рэдли словно окаменела, глядя на дочь. Она вспомнила, какой случай свел их с Дорианом наедине впервые, на том самом дебюте Селии. Потеряв дочь из вида, она подошла к Гарри и Бэзилу и спросила, не видели ли они Селию. И Уоттон намекнул ей, будто Селия и Дориан поднялись наверх...
Леди Рэдли, не помня себя, попятилась и почти побежала на второй этаж. "Если он посмел, я заставлю его пожалеть...". В комнате Селии она застала одного Дориана без сюртука. Юноша возился с манжетами сорочки. "Что-то случилось, леди Рэдли?" - спросил он, глядя, как женщина в исступлении заглядывает за все портьеры, распахивает гардероб, зовет дочь. Его учтивый тон и легкая улыбка окончательно привели Шарлотту в исступление. "Где Селия, негодяй?!" - она была готова вцепиться ему в глаза. Дориан так же спокойно ответил, что не знает, он поднялся наверх, чтобы сменить обрызганные вином манжеты. Дориан заверил, что Генри просто бестактно и глупо пошутил. "Вам не о чем беспокоиться", - заверил он женщину. Видя смущение хозяйки дома, Дориан улыбнулся и предложил забыть о недоразумении. И прервал поток ее сбивчивых извинений и благодарностей словами: "До чего вы очаровательны...". Так все и началось. Но Селия говорит...
- Где же ты была? - через силу выговорила леди Рэдли. - Я искала тебя повсюду...
- Под кроватью, - всхлипнула Селия, - услышав ваши шаги и голос, Дориан велел мне спрятаться. "Я быстро ее спроважу", - сказал он. И я все слышала...
Леди Рэдли выпрямилась, бледная, как те самые нарциссы в загородном домике. Она смотрела на дочь широко раскрытыми глазами и не могла произнести ни слова. Это выходило за все границы, Шарлотта не могла даже представить себе подобное, а потом ее охватил ужас. "Селия все знала. Боже, я всю жизнь старалась быть для дочери примером безупречного поведения, а тогда она услышала, как я растаяла в объятиях этого мальчишки!". Потом - негодование: "И он поклялся, что не тронул мою дочь! А Гарри... зачем он намекнул мне... так у них все было задумано... он мстил мне за брак с Рэдли? Но это безбожно!". И догадка: "Может, из-за этого Дэвид холоден к Селии?!".
- Дьявол, - наконец выговорила она. - Чудовище... Прости меня, Селия. Не знаю, какой дьявол в меня тогда вселился. Что ты обо мне узнала... Селия, это из-за...
- Я призналась Дэвиду накануне венчания, - тихо сказала Селия, по-прежнему не поднимая голову, - не хотела его обманывать. Я не сказала, кто это был. Он ответил, что я не виновата и мы это преодолеем. Но не можем. А тогда... Когда вы ушли, Дориан сказал, что я могу вылезать, и мы продолжим. А я сказала, чтобы он уходил. Не могла... Ведь он пригласил вас к себе. И решила, что я больше никогда... Мне было так стыдно, хотелось отравиться... - Селия снова заплакала. - Чувствовала себя такой грязной, даже на исповедь стыдилась пойти, казалось, что не смогу войти в церковь с таким грехом. А потом увидела вас в той пролетке на рассвете, когда мистер Грэй закидал нашего кучера куриными яйцами. Вы хохотали на заднем сидении, и ветер трепал ваши волосы... А потом...
Шарлотта закрыла лицо руками. Такого позора она до сих пор не переживала.
- Прости, Селия, - повторила она. "Пока я бесстыдничала и лгала, моя дочь была один на один с такими мучениями и чуть не наложила на себя руки... - леди Рэдли содрогнулась, вспомнив Сибилу. - Он сеет вокруг себя горе!".
Женщина пересела на пуфик и обняла дочь. Селия, как в детстве, прижалась к матери, а Шарлотта гладила ее по голове и тоже плакала.
*
Леди Рэдли сидела на скамейке возле песочницы, глядя, как Маркус лепит башенки из песка. Темноволосый мальчик напоминал отца только бархатными глазами, ямочками на щеках и не по возрасту высокой тоненькой фигуркой. Спокойный, серьезный мальчик, он был очень привязан к матери, смотрел на нее с обожанием и угадывал, когда мать хочет его позвать. Вот и сейчас он подбежал к скамейке прежде, чем Шарлотта успела его окликнуть.
- Давай наденем шляпу, солнце припекает, - леди Рэдли отряхнула курточку сына от песка и завязала у него под подбородком тесемки соломенной шляпы, поцеловала мальчика и отпустила. - Думаю, к обеду ты успеешь построить свой дворец...
В аллее появились лорд Генри и его дочь. Эмили была на полгода старше Маркуса. Дети сдружились и часто играли вдвоем. Увидев товарища в песочнице, Эмили вырвала руку из ладони отца и побежала к нему. Уже вскоре мальчик и девочка увлеченно строили крепостную стену вокруг песочного дворца, а Уоттон подошел к скамейке. После внезапной смерти жены (злые языки шептались о том, что это было самоубийство, потому что Гарри извел бедняжку своими колкостями) он сник, стал почти затворником и уже не блистал острословием в салонах.
- Ты позволишь составить тебе компанию? - после паузы спросил Генри, простояв у скамейки пару минут. Леди Рэдли сухо кивнула. На людях она выдерживала ровный учтивый тон с Гарри, стараясь не выдать неприязни к бывшему поклоннику. До чего он дошел, вымещая свою обиду. Уоттон попытался завязать с ней разговор на общие темы; женщина отвечала односложно, не глядя на собеседника: Реджинальд завтра возвращается из Глазго; Селия и Дэвид с маленькой Мартой в Брайтоне: девочке полезен морской воздух. Да, завтра она будет на собрании у леди Агаты. Да, она рада, что Эмили и Маркус подружились. Нет, она тоже давно не получала писем с континента...
- Шарлотта, - не выдержал ее отчужденности лорд Генри, - я понимаю, чем вызвано твое отношение, но...
- Бюсь, что не понимаешь, - тихо ответила леди Рэдли, - твой друг чуть не разрушил нашу жизнь. Селия и Дэвид были на грани разрыва. Моя дочь видела мой позор. Мне всю жизнь придется бояться, что Маркуса назовут ублюдком, сыном распутницы. Я забыла о долге жены и матери, о женской чести и приличиях, принимала ложь за чистую монету, а ты наблюдал мое падение и смеялся. За что ты так поступил со мной, Гарри?
- Шарлотта, - Генри сморщился и потер лоб, как от головной боли, - я не мог забыть тебя, как ни старался. Искал забвения в вине, со шлюхами, в оргиях. Женился. Но каждый раз, когда видел тебя рядом с Рэдли, самодовольным увальнем, у меня сознание мутилось от бешенства...
- Рэдли ни разу не причинил мне зла! - покраснела от обиды за муа леди Рэдли. - Он оберегал меня, прислушивался, верит мне! Он любит меня, - резко заключила женщина, - и, даже если бы твой друг подтолкнул бы меня к побегу, Рэдли не стал бы мне мстить, тем более так гадко. А я еще смеялась над ним вместе с вами. Если бы в столице узнали, что ты устроил, твой клуб стал бы единственным местом, где тебя принимали бы, кого там только не принимают. Но на твое счастье, в этой истории я грязна так же, как ты, и не хочу разрушить будущее своих детей и сразить наповал своего мужа. Ради них я молчу. Не ради тебя!
- Я слишком поздно понял, как выглядит то, что я задумал, - Генри вертел в пальцах папиросу, забыв ее прикурить. - И заслужил упреки. Но Дориан... Он не был лишь моей покорной пешкой. Иногда я совершенно не понимал этого мальчишку и даже побаивался его. Что-то в нем было неладно с тех пор, как Бэзил написал его знаменитый портрет. А после смерти невесты Дориан словно с цепи сорвался. Ты еще не обо всех его выходках знала. Что Дориан иной раз творил, я даже повторить при тебе не могу...
Шарлотта хотела резко ответить, что не нуждается в "ностальгических" воспоминаниях Гарри о развлечениях Дориана в столице, но упоминание о портрете и девушке из Ист-Энда изменило ход ее мыслей. Как-то связаны между собой эти три факта. И исчезновение портрета из гостиной, ночные кошмары Дориана. И почему он уехал (или сбежал) - от угрызений совести, не желая окончательно погубить ее... Или... Или потому, что боялся кого-то? Тут леди Рэдли оборвала пугающую ее логическую цепочку. Она боялась единственного вывода, который напрашивался.
"Но вряд ли я смогу простить Гарри за все, что он сделал, и за бедняжку Викторию, невинную жертву... Гарри не смог стать хорошим мужем, может, теперь он будет хотя бы хорошим отцом...".
Гарри посмотрел на Эмили, которая учила Маркуса украшать крепостную стену цветными камешками и пригладил седеющие виски:
- Спасибо, Шарлотта. Да, ради них мы должны похоронить эту историю. Она позорит меня больше, чем кого-либо, и я не хочу бесчестия. Ради детей мы должны быть безупречны...
Леди Рэдли сухо кивнула. Она хорошо понимала отцовские чувства Генри потому, что они были ей знакомы.
- Да, думаю, мы это сможем, - сказала она вслух.
Эротические рассказы села на лицо
Существа, демоны приходили каждую ночь, Селия чувствовала их присутствие. Они были всюду, они смотрели с потолка, окна сада.
Утром девушка обнаруживала следы непрошенных гостей.
Кровавые пятна на скатерти и царапины на окне.... Так на полу она обнаружила странную ткань.
Что должно было удивить ее больше, так это то, что ткань была не просто каким-то случайным куском ткани; это были ее трусики. Селия развернула трусики и обнаружила, что вся внутренность была покрыта толстым слоем густой белой спермы.
Она подняла полностью пропитанные спермой трусики к лицу и понюхала их.
Селия положила наполненные спермой трусики на край кровати и стянула свои.
Селия схватила наполненные трусики, осторожно вошла в них и надела их. Она ожидала, что лужица спермы будет холодной, но, к ее удивлению, она все еще была теплой.
Позвав служанку убраться в её спальне, Селия отправилась гулять в сад.
Ещё одна служанка, нанятая ещё сэром Робертом, была невысокой и милой девушкой.
Когда Селия совершила прогулку и возвращалась назад, то она увидела, что в окне её спальни, что то мелькнуло. девушка посмотрела ещё и заметила, что чья то массивная фигура мелькнула за шторами.
Сердце девушки забилось ещё сильнее.
Селия поспешила в дом. Она поднялась наверх и застыла от увиденного.
Чудовище вцепилось в Верити когтями, но не для того, чтобы убить, а чтобы сорвать с нее одежду. Разрывая ее в клочья и отбрасывая прочь. Верити попыталась вырваться, но оно было слишком сильно, слишком быстрое, легко удерживая ее, когда срывало с нее последнюю одежду, оставив почти голой. Глаза Селии расширились.
Она увидела, как существо схватило Верити за ноги. Его когти обвились вокруг ее бедер, когда оно приподняло ее, сгибая назад под собой. Селия испуганно ахнула, увидев, что оно собирается сделать с девушкой. Селия увидела выражение лица Верити, когда она почувствовала, как он толкает ее между ног. Она резко вскинула голову и увидела то, что сейчас войдет в нее.
— Нет, нет, пожалуйста, нет, - взмолилась она, пытаясь дотянуться, чтобы остановить его. Существо проигнорировало ее слабые усилия, когда оно потянуло ее вверх на свой член, одновременно проникая в нее. - АРГГГГГ, неееет, - закричала Верити, выгибаясь от боли всем телом. Он крепко схватил ее за бедра, когти впились в кожу, используя их, чтобы натянуть ее на свой член. Верити вцепилась в воздух, и Селия увидела, что она смотрит на неё, умоляя о помощи.
Существо с силой вонзилось в нее, протаранив своим членом ее маленькое тельце. Селия увидела, как струйки крови начали стекать по ее животу с бедер и из влагалища. Член твари был таким большим, что разрывал ее с каждым толчком. Верити сильно тряслась, ее голова раскачивалась взад и вперед от толчков. Теперь она всхлипывала, издавая резкие звуки боли и ужаса.
Оно наклонилось и обхватило когтями грудь Верити, приподняв ее и удерживая на своем члене. Оно вонзило свои когти в ее кожу, разрывая ее маленькие сиськи, начиная качать ее вверх и вниз, используя ее, как будто она была какой-то дрочащей игрушкой. Верити закричала, свесив голову вниз и резко раскачиваясь при каждом движении.
Его движения становились все более жесткими и быстрыми. Оно прижало Верити к своему члену с большей силой, заставляя ее тело содрогаться и кричать от боли. То, как она повисла в его объятиях, позволило Селии увидеть слезы на ее груди. Две длинные кровавые дырки в ее грудию Пока она смотрела, существо резко хрюкнуло, швырнув Верити на него, так что она оказалась полностью внутри нее. Его тело затряслось, и Селия увидела, как широко раскрылись глаза Верити.
— О боже, Не-е-ет! - закричала она. Она вздрогнула, и слезы свободно потекли по ее лицу, когда она безвольно повисла в его руках. Тварь продолжала кончать, и Селия увидела, как сперма капает у нее между ног. Оно заполнило ее влагалище и все еще кончало. Белые капли крови стекали на пол, когда она вздрагивала и рыдала. Верити тихо всхлипывала, слишком ошеломленная и обиженная, чтобы сделать что-то еще. Пол облизал губы-это было лучше любого порно, которое он когда-либо видел.
Оно вышло из нее внезапно, так же как и вошло в ее влагалище, испачканное красной кровью, которая брызнула на пол.
Предутренняя дымка кутала деревья в кружевной саван и скользила по сырой кладбищенской земле, скрывая потрескавшиеся надгробия и покосившиеся кресты; молочный туман накрывал лиловое пасмурное небо, тонкий слой инея лежал на обросших мхом ветках кустарников. День обещал быть дождливым.
— Моя дорогая, поспеши! — ласково произнесла Дебора Попрощайся с матушкой и поторопись! Я очень не хочу, чтобы ты заблудилась здесь. Туман сегодня невероятно непроглядный и густой, как бельмо.
— Хорошо! Я почти закончила! — торопливо пролепетала Селия и положила венок из белоснежных пионов на могилу матери.
Дрожит крохотное пламя в руках, рискуя быть погашенным неосторожным движением. темнота чердака рассеивается от ауры теплого света. обжигающие слезы свечи капают на пальцы, тут же превращаясь в застывшие капельки воска. робкая тишина притаилась за спиной, испуганно исчезая от протяжного скрипа половиц.
Дебора застыла на месте, из темноты на неё уставилось нечто, большое и ужасное.
С криком ужаса она повернулась и побежала, а демон погнался за ней.
Дебора успела сделать всего три шага, прежде чем демон поймал ее. Он схватил ее за руку, развернул и толкнул в ближайшую стену. Дебора ахнула, когда ее голова ударилась об стену. Демон почувствовал, как она слегка осела, когда удар на мгновение оглушил ее. Он воспользовался тем, что прижал ее к стене.
Он дернул платье вниз, открывая ее тело, когда стянул его вниз, соскользнув с ее ног, а затем отбросив его назад. Она лежала на полу и всхлипывала, а он смотрел на нее сверху вниз, его глаза сузились при виде ее лифчика и маленьких белых трусиков.
Он перевернул ее на бок, быстро потянулся вниз, чтобы расстегнуть лифчик, стащил его с нее и уставился на ее сиськи. Они были маленькими, два маленьких комочка торчали из ее груди. Но ее соски, они были восхитительны, большие и коричневые, они взывали к нему.
С рычанием он поднял голову, чтобы посмотреть на нее, размахнулся и ударил ее по лицу, отчего ее голова резко дернулась в сторону.
Он вцепился пальцами в ткань ее трусиков и потянул их вверх с такой силой, что они порвались, и он сорвал их с нее.
Нет, это не могло случиться с ней. Затем она почувствовала, как он сильно толкнул бедра. Ее глаза распахнулись, и она вскрикнула от острой боли, когда его член проник в нее. Он отстранился и толкнул снова, потом еще раз. Каждый раз она вскрикивала от острой боли, пронзавшей ее между ног. Это не может быть происходит. Демон с ворчанием отстранился, напрягся и снова врезался в нее. Она чувствовала, как он пронзает ее интимное место, вбивая в нее свою твердую штуковину, растягивая ее так широко, что казалось, будто он толкает ее в живот. Она закричала от внезапной, ужасной боли, гораздо сильнее, чем раньше.
Дебора всхлипнула от ощущения чего-то твердого и горячего внутри нее. Ей показалось, что оно проникает в живот, было так больно.
Демон начал двигать бедрами, входя и выходя из нее, жестко, быстро, вбивая свою штуковину в нее со всей силы.
Она чувствовала, как его движения становятся все более дикими, все более требовательными, он быстро входил в нее.
Он использовал свой вес и силу, чтобы прижать ее к себе, пока не остановился, его тело странно напряглось, когда он издал стон. Дебора почувствовала, как ее глаза расширились, когда он начал выплескивать что-то внутри нее. О Боже, неужели он мочится в нее? Нет, это было неправильно, это была не жидкость, она была гуще, и она чувствовала, как она покрывает ее изнутри.
Она всхлипывала, чувствуя, как он вливает в нее все больше и больше, пока, наконец, это не закончилось, и он несколько мгновений лежал на ней, тяжело дыша, прежде чем медленно подняться на ноги.
Дебора выглядела такой разбитой, лежа на полу, совершенно голой и с его спермой, окрашенной в розовый цвет ее кровью, сочащейся из ее влагалища.
Велет и Леонард вошли в замок предварительно постучав в двери.
Им не кто не открыл, но дверь была открыта.
Дальние родственники Барона решили заехать по пути в своё имение.
Поднявшись наверх, Велет толкнула дверь в комнату Селии
— Тут есть кто-нибудь ?- её осторожный голос разнёсся эхом по замку.
Как только дверь со скрипом отворилась, брюнетка застыла от ужаса, а потом истошно завопила.
— ААААААА.....
На постели лежала Селия, полностью обнажённая, а у её ног сидело существо с красными глазами и чёрными рогами.
Другое существо сидело в кресле и при виде Велет оторвалось от своего занятия и оскалилось так, что Велет забыла как дышать.
Демон держал в руке чёрный лифчик с кружевной отделкой, вышитой на чашках.
Его пальцы ласкали кружево чашек, а вторая рука скользила по огромному члену. Демон подвинул лифчик к своему члену, позволяя чашечке обхватить головку его члена. Глядя вниз, можно было ясно увидеть набухшую головку члена, через кружево чашечки.
Ощущение от кружева было божественным и его сперма медленно сочилась и впитывалась в чашечку бюстгальтера.
Второй демон урчал, и двигался в ногах Селии.
Остекленевшими от ужаса глазами Велет бросилась бежать прочь.
Она споткнулась на лестнице, больно ударившись о стену.
Её дрожащие пальцы прошлись по полу и она вскочив на ноги снова побежала.
Когда она очутилась внизу, то увидела как тело её мужа валялось на полу в луже крови.
Из кухни на неё надвигалось огромное существо покрытое чёрных ихором и между ног его болтался чудовищный член.
Велет издала хриплый писк и почувствовала, что теряет сознание...
Эротические рассказы села на колени
Подставляя другую щёку
Turning the Other Cheek
Charles_Bovary
2024
Колин Олдрич никак не мог этого предвидеть.
Всё в его жизни, казалось, шло очень хорошо. Полгода назад он получил повышение на работе и приличную прибавку к зарплате. Бизнес Селии по дизайну интерьеров набирал обороты, и теперь она вносила значительный вклад в доход их семьи. Дом, который они купили два года назад, нельзя было назвать роскошным, но он был достаточно большим для их нужд, и находился в хорошем районе. Недавно они с Селией заговорили о том, что бы завести детей.
Поэтому он не ждал неприятностей, когда они обрушились на него.
Колин не мог не заметить незнакомую машину, припаркованную перед его домом, но её присутствие его не обеспокоило. Однако он забеспокоился, когда, поставив машину в гараж, и зайдя в дом, увидел Селию, сидящую в гостиной рядом с незнакомым мужчиной.
Когда он вошел в комнату, она немедленно встала, и Колин не мог не отиетить, какой стройной и привлекательной она выглядела. Только когда он сосредоточился на её лице, он понял, насколько она нервничала.
— Привет, милый! — приветствовала она его. Затем указала на мужчину, всё ещё сидевшего на диване. — Ты помнишь Винса Каллахана? — спросила она. — Он мой клиент, я делала ремонт в его офисе. Вы раньше уже́ встречались.
— А! Да, теперь я вспомнил. Привет, Винс, приятно снова тебя видеть. Что привело тебя к нам?
Винс бросил на Селию смущенный взгляд, и она откашлялась.
— Чёрт! Это совсем не просто, — тихо произнесла она. Затем глубоко вздохнула, словно готовясь к предстоящему испытанию, и добавила. — Дорогой, у меня нет другого выхода, я ухожу от тебя.
Эти слова не имели для него никакого смысла.
— Что ты сказала?
Она печально покачала головой.
— Я знаю, это шокирует, но я подала на развод.
Он, спотыкаясь, добрёл до кресла напротив дивана, и тяжело опустился а него.
— Что... почему?
— Мы не хотели, чтобы это произошло, — сказала она с раскаянием, — но мы с Винсом полюбили друг друга. Мы уже некоторое время встречаемся, и больше не хотим скрывать нашу любовь.
— У тебя роман? — переспросил Колин глупо.
Она бросила быстрый взгляд на своего любовника.
— Мы не планировали этого, но через некоторое время просто не смогли отрицать наши чувства друг к другу. В любом случае, я уже перевезла кучу своих вещей в машину. За остальным я вернусь позже.
— Но... но... — запинаясь, пробормотал Колин.
Она проигнорировала его неразбррчивый протест и протянула ему конверт, который он до этого не заметил.
— Итак, вот бумаги и всё остальное. Я старалась быть предельно справедливой, но, чтобы ты знал, я уже сняла половину наших сбережений. В любом случае, тебе нужно нанять своего собственного адвоката, чтобы он просмотрел это соглашение. Если у тебя с чем-то возникнут проблемы, он или она может связаться с моим адвокатом. Я прикрепила её визитку к уведомлению.
Он молча принял конверт, всё ещё пытаясь осознать происходящее. Пока он вертел его в руках, она вернулась к Винсу, и взяла его за руку. Он встал, и они вдвоем направились к двери.
— Но почему? Что...
— Я уже объясняла это, — перебила она.
Она кивнула головой Винсу, и он открыл входную дверь. Она обернулась в последний раз.
— Итак, я думаю, на этом всё. Колин, мне действительно жаль. Я хочу, чтобы ты знал, что так получилось не из-за тебя, это из-за меня.
Затем они ушли, забрав с собой счастье, которым он наслаждался последние восемь лет.
Колин всегда считал себя уравновешенным. Когда на работе возникала чрезвычайная ситуация, он всегда умел хладнокровно и быстро проанализировать проблему, прежде чем принять решение о дальнейших действиях. Сегодня эта способность покинула его. Теперь его мысли были хаотичными, он перескакивал с одной на другую, не в силах сосредоточиться ни на одной из них.
«Как я мог не понять, что происходит? Где я могу найти хорошего адвоката? Как я собираюсь подготовиться к встрече с Фергюсоном завтра утром? Интересно, планировала ли Селия что-нибудь на ужин? Как я вообще собираюсь пережить это? — думал он».
Эти, и другие мысли снова и снова проносились в его мозгу, кружась и повторяясь; каждая требовала внимания, пока он не схватился руками за голову, пытаясь остановить их. В отчаянии он с трудом поднялся на ноги и направился обратно в спальню. Сбросив одежду, он оставил её лежать там, где она упала, затем в душевном изнеможении забрался в постель. Примечательно, что вскоре он заснул, и до следующего утра оставался в постели.
Когда он проснулся, шум в голове утих, но свидетельства новой реальности его жизни со всех сторон окружали его. Он сразу осознал, что Селии нет рядом с ним, а когда направился одеваться, обнаружил, что её часть шкафа пуста. Идя на кухню, чтобы сварить кофе, ему казалось, что шаги отдавались эхом в пустом доме. Даже когда он выглянул в окно, утро Северной Каролины казалось заметно более мрачным чем обычно.
***
Винс Каллахан проснулся, и обнаружил, что Селия уставилась в потолок, заложив руки за голову.
— О чём думаешь, милая? — спросил он.
— Я думала о Колине, — ответила она. — Надеюсь, с ним всё в порядке.
— С ним всё будет в порядке, — пренебрежительно ответил Винс.
— Я надеюсь на это, — сказала она. — Когда мы уходили, он выглядел так, словно был в состоянии шока. Я в какой-то мере сожалею. Я имею в виду, что он не был плохим мужем. Просто всё стало как-то обыденно, понимаешь?
— Ну, с нами так не произойдёт, — пообещал он. — Ты получишь массу впечатлений! — При этом он игриво прикусил её левый сосок, затем перекатился на неё сверху, и принялся страстно целовать.
— О, Винс!.. Да!.. — выдохнула она.
Воспоминания о страсти прошлой ночи быстро вернулись. И в чувственной неге, любые мысли о Колине быстро испарились.
***
Бо́льшую часть дня конверт, который передала ему Селия, лежал на столе Колина в офисе. Наконец, он больше не смог медлить, открыл его, и начал читать прошение о разводе и предлагаемое финансовое урегулирование. Но сосредоточиться на сухом юридическом языке было трудно, потому что ему совершенно не хотелось развода. Что ему хотелось сделать, так это положить голову на стол и заплакать, но он не хотел, чтобы кто-нибудь в офисе увидел его в таком состоянии.
Через несколько минут он встал, и медленно направился по коридору в кабинет своего босса. Эта женщина наняла его давным-давно, и он считал её своим наставником.
Она подняла на него глаза, когда он постучал в дверной косяк, затем присмотрелась повнимательнее.
— Вы в порядке, Колин? Неважно выглядите.
— Вы знаете имя хорошего адвоката по бракоразводным процессам? — спросил он с удручённым выражением.
— Вот чёрт! Колин, только не вы с Селией! Садитесь.
С этими словами женщина встала, и закрыла дверь своего кабинета. Затем она села на стул рядом с Колином, и положила руку ему на предплечье.
— Расскажите мне, что случилось, — попросила она с явным беспокойством.
На этот раз Колин уже́ не скрывал своих слёз.
***
Встретившись с адвокатом, которого рекомендовал его босс, он пожалел об этом. Совет мужчины состоял в том, чтобы, без обиняков, принять то, что предложила Селия, и уйти восвояси.
— Но меня не волнует, насколько хорошо её предложение, — запротестовал Колин. — Во-первых, я не хочу разводиться, и уж точно не хочу платить ей за то, чтобы она бросала меня, и жила с каким-то другим мужчиной.
— Послушайте. Вам нужно подумать об этом рационально. — вздохнул адвокат. — Вы не можете заставить свою жену оставаться замужем за вами, если она хочет уйти. И, честно говоря, вы врядли бы хотели, чтобы она оставалась, если всё, что вы получите — это несчастную жену.
— Что касается оплачивания, вам не приходилось смотреть на это с моей стороны стола. Всё что Селия... Селия, верно?.. всё, что она просит, это разделить ваши текущие активы. Она даже не просит алиментов; очевидно, она планирует снова выйти замуж, как только состоится развод. Послушайте. Я видел, как жёны охотились за пенсионными счетами своих мужей, требовали непомерных размеров алиментов, и ходатайствовали о конфискации большей части семейного имущества, включая дом. Ваша жена ведет себя разумно; не злите её, и не провоцируйте на мстительные действия.
— Может быть, и так, — упрямо произнёс Колин, — Но факт остаётся фактом: я по-прежнему не хочу развода.
Адвокат кивнул, и его тон стал сочувственным.
— Колин, Послушайте, вам не нужна консультация юриста по семейным вопросам. Во-первых, у меня это плохо получается, а во-вторых, я беру намного больше, чем любой консультант по вопросам брака. Если вы не готовы подписать соглашение о разводе, мой совет: найдите кого-нибудь, кто поможет вам справиться со своими чувствами.
***
Когда Колин рассказал своей начальнице о встрече, она удивила его, протянув визитную карточку.
— Я предчувствовала, что такой может быть ваша реакция после нашего разговора. Я думаю, вам следует обратится к доктору Хелмару. Он психолог, специализирующийся на проблемах в браке. Несколько моих друзей обращались к нему, и все они были от него в осторге. Попробуйте и посмотрите, сможет ли он помочь.
***
На третьем сеансе консультирования Колин вновь стал повторять свои жалобы, пока доктор Хелмар не прервал его.
— Послушайте, Колин, давайте будем честны: вы застряли. Всё, чего я добиваюсь, чтобы вы сделали, так это, образно говоря, изменили направление. Я уверен, вы знакомы с пятью стадиями горя: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Люди ошибаются считая, что они отличаются друг от друга, и вы также входите в эту категорию. Слушая вас, я неоднократно слышал, как вы описываете все стадии, кроме принятия. Это совершенно естественно для того, кто проходит через то, что пережили вы. Но вы также говорили мне, что вы рационально мыслящий человек, способный разобраться в проблемах и найти решение. Это то, что вам нужно сделать сейчас: отбросить эмоции, чтобы вы могли разработать стратегию, которая позволит двигаться вперёд. Вам следует начать мыслить трезво и понять, что Селия не захочет возвращаться, понять, что в возвращении нету смысла, если она не хочет быть с вами. Пока вы не сможете принять реальность этих факторов, над которыми, я бы добавил, у вас нет никакой власти, вы будете продолжать оставаться в тупике. Вам нужно решить проблему дальнейшей жизни после ухода Селии, основываясь на фактах, точно так же, как вы делали, сталкиваясь с другими проблемами в прошлом.
Колин тихо сидел, размышляя о том, что только что сказал консультант. Он понял, что большая часть боли, которую он испытывал, проистекала из того, как безумно и неожиданно всё произошло. Не было никакого предупреждения, никаких признаков того, что их брак в беде. Только что он был счастливым мужем в браке, а на следующий день должен разводиться. Днём раньше он был уверен, что Селия любит его, а на следующий узнал, что она спит с другим мужчиной. Как он может двигаться вперед, когда не знает, что реально. Как он может двигаться дальше, когда полон гнева?
Консультант спокойно выслушал вспышку Колина. Как только Колин замолчал, доктор Хелмар спросил:
— Вы когда-нибудь слышали о Райнхольде Нибуре?
Колин отрицательно покачал головой.
— Он был широко признанным теологом XX века, который сочинил простую, действенную молитву: «Боже, даруй мне спокойствие, чтобы принять то, что я не могу изменить, мужество, чтобы изменить то, что я могу, и мудрость, чтобы отличить».
— Это молитва о безмятежности. Я слышал о ней, это молитва анонимных алкоголиков.
— Верно. В любом случае, на мой взгляд, это просто и красноречиво описывает прохождение стадий горя. Это то, к чему вам нужно стремиться: спокойствие, принятие и мудрость. Пока вы этого не сделаете, не сможете двигаться дальше.
***
Когда Колин в тот день уходил с сеанса, молитва Нибура продолжала звучать в его голове. «Безмятежность», вот что ему нужно в своей жизни. Вопрос в том, как этого добиться? Что он может сделать, чтобы обрести покой? Размышляя над этим целые выходные он определился с планом действий.
В понедельник Колин позвонил своему адвокату.
— Я соглашусь на всё, о чём просит Селия, если смогу встретится с ней с глазу на глаз полчаса.
— Вы уверены? — спросил адвокат. — Я видел, как подобные столкновения проходили ужасно неудачно, и очень немногие из них удовлетворяли обе стороны при разводе.
— На этот раз всё будет по-другому, я обещаю. Подготовьте встречу.
***
Когда Колина провели в конференц-зал адвоката Селии, он был удивлён, увидев Винса, сидящего рядом с ней и держащего её за руку.
«На самом деле, это даже лучше, — подумал Колин. — Теперь Винс и Селия оба могут услышать это из первыж уст».
Адвокат Селии жестом предложил ему начинать, и Колин откашлялся.
— Послушай, Селия, для меня это так же тяжело, как и для тебя. Между нами всё сложилось не так, как я хотел, но, думаю, это верно и в отношении многого другого. В данном случае, что сделано, то сделано, и теперь мне пора двигаться дальше. Мой адвокат сказал, что ты предложила справедливое урегулирование, и посоветовал принять его. Исходя из того, что нужно двигаться дальше, я так и поступлю.
Он взял со стола ручку, и размашисто подписал соглашение.
Когда пара по другую сторону стола обменялась взглядами облегчения, он добавил:
— Есть ещё кое-что, о чём я хочу сказать.
Пара замерла, опасаясь того, что может последовать дальше.
— Я понимаю, что вы планируете пожениться, как только развод будет окончательным, — продолжил Колин. — Итак, в духе движения дальше, позвольте мне пожелать вам в вашем браке всего счастья, которого вы заслуживаете.
С этими словами он обошёл стол, и пожал руку поражённому Винсу. Затем он наклонился, и дружески обняв Селию поцеловал её в щёку. Пока двое влюбленных с удивлением наблюдали за происходящим, он повернулся и вышел из комнаты. Они посмотрели друг на друга.
— Что только что произошло? — спросил Винс.
Селия изумлённо покачала головой.
— Этого я не ожидала, — затем она улыбнулась. — Но это замечательно. Последнее, чего я бы хотела, так это это войны между нами всякий раз, когда мы его увидим.
***
После пдписания соглашения условий развода, Колину предстояло продать дом, которым они совместно владели. Селию он не интересовал, потому что она переехала в дом, принадлежавший Винсу. У Колина не было средств, необходимых для выкупа доли Селии, и даже если бы и были, он понимал, что дом слишком велик для него, и вместе с этим дом хранил слишком много воспоминаний.
Хорошей новостью было то, что рынок недвижимости был на подъёме, так что продать дом не составит проблем. Плохая новость заключалась в том, что за два года прошедшие с покупки дома, он не очень повысился в цене, даже в условиях повышения спроса. Но, в конечном счёте, у Колина осталась сумма достаточная для первоначального взноса за кондоминиум с двумя спальнями, в хорошем жилом комплексе.
К тому времени, когда дом был продан, его новая квартира куплена, и Колин переехал в неё, период ожидания развода почти закончился. От друга Колин узнал, что Винс и Селия уже разослали приглашения на свадьбу. Излишне говорить, что Колин не получал приглашения, но ему стало известно, что счастливая пара отправится в медовый месяц на Карибы. Свои планы он составил соответствующим образом.
***
Когда загорелая пара вернулась, Винс подхватил Селию на руки, готовясь перенести её через порог. Но, войдя внутрь, он заметил подсунутую под дверь карточку с надписью: «Проверь заднюю террасу».
Обеспокоенный, он поставил свою молодую жену на ноги, схватил её за руку, и поспешил на террасу. Сначала он не увидел ничего необычного, но когда повернулся в другую сторону, его глаза расширились, и он ахнул. Там поблескивал роскошный пропановый гриль с тремя конфорками, подключенный и готовый к работе.
Он снова повернулся к Селии.
— Ты купила это для меня? Я всегда хотел такой же, но они такие дорогие.
— Нет, — призналась она, — Я ничего об этом не знаю.
Пытаясь понять происхождение этого предмета, она заметила конверт, приклеенный скотчем к блестящей крышке гриля из нержавеющей стали. Подойдя она сняла его и открыла. Прочитав находившуюся внутри открытку, у неё перехватило дыхание.
— Я не могу в это поверить, это от Колина! Здесь написано: «Наилучшие пожелания в связи с бракосочетанием».
— Колин подарил нам? — недоверчиво переспросил Винс. — Если это то, что он имел в виду под «двигаться дальше», то всё, что я могу сказать — он лучший человек, чем я. Это потрясающий подарок, я с удовольствием буду жарить на нём этим летом.
— Я должна позвонить и поблагодарить его, — сказала Селия, пока Винс проверял возможности гриля.
Когда Колин поднял трубку, он услышал смесь удивления, благодарности и даже легкого чувства вины в голосе Селии.
— Колин, мы только что обнаружили твой свадебный подарок. Не могу поверить, что ты купил для нас этот дорогой гриль. Это слишком дорого.
— Винсу он понравился?
— «Понравился» не то слово. Он всё ещё на террасе, пускает слюни.
— Прекрасно, я надеялся, что ему понравится.
— Но ты не должен делать ничего подобного. Мы тебе даже на свадьбу не пригласили.
Колин рассмеялся.
— Что ты! Это было бы слишком странно. Но я имел в виду то, что сказал: мне пора принять то, что произошло, и двигаться дальше. Подарок — мой способ показать, что я именно так и поступаю. Так что, я надеялся, что вам с Винсом это понравится.
Когда Селия вернулась на веранду, чтобы рассказать об этом Винсу, он удивленно покачал головой.
— Как я уже сказал, он лучший человек, чем я. В любом случае, как насчет того, чтобы я приготовил несколько бургеров на ужин сегодня вечером, миссис Каллахан?
* * * * *
Когда апрель перешел в май, Селия и Винс начали строить планы как отпраздновать День матери с мамой Селии. Они решили пригласить её в хороший ресторан, но когда они предложили ей эту идею, мать Селии воспротивилась.
— В День матери везде сумасшедший дом. Я была бы счастлива, если бы мы отпраздновали здесь.
Итак, были составлены планы, согласно которым молодожёны должны были принести специальное блюдо с лососем и овощами, приготовленными на гриле на новой любимой игрушке Винса.
По дороге Селия спросила своего мужа:
— Ты не забыл купить цветы для мамы?
Стукнув рукой по голове, Винс быстро свернул с шоссе и заехал на стоянку региональной сети продуктовых магазинов. Вскоре он вернулся с дюжиной розовых роз.
— Они немного завяли, — извинился он перед Селией. — Но ведь главное отношение.
Приехав и занеся посуду на кухню, Винс вручил розы матери Селии с пожеланиями счастливого Дня матери.
— Спасибо, Винс, —- сказала она ему. — Я поставлю их в вазу позже.
Затем она предложила им самим обслужить себя, и отнести тарелки в столовую.
— Твой папа умирает с голоду, — прошептала она дочери.
Когда принесли еду, Селия не могла не заметить роскошный букет цаетов, находившийся посреди обеденного стола.
— Мам, они великолепны! — сказала она. — Это тебе папа подарил?
Её мать хихикнула.
— Папа?! Он сказал мне, что я не его мать! На самом деле их прислал мне Колин. Разве они не прекрасны?
— Колин?
— Именно. Это очень мило с его стороны, — сказала её мать.
Кивнув, Селия заметила, как по лицу её новоиспечённого мужа промелькнуло хмурое выражение.
Позже, в тот же день, когда пара была у себя дома, Селия на несколько минут уеденилась, и позвонила Колину.
— Зачем ты послал этот букет моей матери? — спросила она.
— А! Значит его доставили вовремя. Цветы ей понравились?
— Конечно. Она была восхищена, — признала Селия. — Они были прекрасны. Но зачем ты их прислал?
Колин вздохнул.
— Твоя мама всегда была очень мила со мной, и с тех пор, как много лет назад, моя мама умерла, я всегда чувствовал особую близость с ней. Поэтому я хотел выразить саоё уважение, надеюсь, это не стало проблемой.
— Нет, нет! Вовсе нет. Как я уже сказала, она действительно была очень благодарна. Просто я этого не ожидала, вот и всё. Честно говоря, я тоже это очень ценю.
— Что ж, если я не допустил оплошности, я хочу попросить об одолжении.
— Хм,. . конечно. И в чём оно заключается?
— Немного неловко говорить об этом, но я думаю, что для меня настало время вернуться к свиданиям.
Он почти слышал её колебание.
— Колин, мне будет очень неловко, если ты пытаешься назначить мне свидание.
— Да нет! Ничего подобного. Просто я представляю, как приглашаю спутницу к себе в квартиру, а она, честно говоря, сейчас выглядит в беспорядке, и больше похожа на пристанище. Могу я нанять тебя для ремонта? У тебя всегда был гораздо лучший вкус, чем у меня.
— Вот чего я не ожидала! Но, конечно, я думаю, что смогу это сделать. Я только что закончила большой дизайн-проект, так что свободна, и могу приступить прямо сейчас. Могу я прийти на следующей неделе и всё осмотреть?
— Конечно. Теперь, три дня в неделю я работаю из дома, так что понедельник, вторник или среда меня устроят.
— Отлично! Я прийду во вторник, днём.
***
Когда, в следующий вторник, Колин впустил её в свою квартиру, Селия сразу поняла, о чём он говорил. Все стены были выкрашены в грязно-белый цвет, ковёр был потрёпан и выцвел, а мебель в основном состояла из того, что ему досталось из их бывшего дома.
— Я вижу, что здесь мы могли бы выбрать самые разные варианты, — сказала она ему после осмотра места. — Поэтому может сначала определишься, какой стиль ты предпочёл бы.
Он беспомощно пожал плечами.
— Честно говоря, Селия, я не очень разбираюсь в стилях, теории цвета и во всём подобном.
Он неуверенно огляделся по сторонам, затем просиял.
— Чего бы я действительно хотел, так это чтобы ты спроектировали место, которое бы тебе самой понравилось, — он взамахнул руками. — Я не имею в виду что-то женственное и розовое, я определенно хочу, чтобы это выглядело так, что здесь живет гетеросексуальный мужчина! Но я так же не хочу, чтобы это выглядело как спортивный бар. — Он указал в её сторону. — Просто место, которое понравится кому-то вроде тебя, место, где женщина с хорошим вкусом чувствовала бы себя комфортно. Ты единственная, кому я могу доверить это.
— Это действительно лестно, Колин. На самом деле, я думаю, что точно знаю, чего ты хочешь. Позволь мне вернуться в свою студию и разработать эскизы. Затем, подготовив несколько вариантов, я перезвоню тебе, и мы посмотрим, что ты выберешь.
— Идеально! Спасибо, Селия, я действительно ценю это.
***
В течение следующих двух месяцев Селия встречалась с Колином почти раз в неделю. Им нужно было выбрать дизайн-план, просмотреть и доработать предложенный декор, а затем проконтролировать ремонт, о котором они договорились. После этого она постоянно приносила ему на одобрение образцы тканей, красок и фотографии мебели.
Колин был доволен достигнутым прогрессом, но не Винс.
— Тебе обязательно так часто встречаться с ним? — пожаловался он своей жене однажды вечером, когда она вернулась после очередного визита в квартиру Колина.
— Да ладно, милый! Я встречаюсь с Колином не чаще, чем с любым другим моим клиентом. И, кроме того, я думала, тебе с ним комфортно, особенно после его свадебного подарка нам. Я думаю, он действительно оставил всё в прошлом, — успокоила она его.
— Возможно. Но у вас двоих есть общее прошлое, и я не могу не задаться вопросом, действительно ли он забыл тебя.
— Но, я забыла о нём. И в самом деле, если ты пойдёшь со мной в спальню, я покажу тебе, насколько полностью забыла о нём.
***
Хотя Селия чувствовала, что ей удалось умерить ревность Винса, она опасалась, что следующая просьба Колина может вновь распалить её мужа. Во время одного из её визитов он ни с того ни с сего спросил её:
— Ты всё ещё состоишь в книжном клубе?
— Ну... да. Мы встречаемся каждую вторую субботу днём. А что?
— Клуб предназначен только для женщин, или и мужчины могут присоединиться?
— Я не знаю... не думаю, что бы к нам когда-либо обращался мужчина с просьбой присоединиться. А что, тебе интересно?
— Вообще-то, да. Я говорил тебе, что хочу снова начать встречаться, но я действительно не знаю, о чём говорить с женщиной. Большинство девушек, которых я знаю, не особо интересуются спортом, так что у нас, вероятно, нет ничего общего. Я полагаю, что если бы я больше знал о книгах, которые, возможно, читает моя будущая избранница, это, по крайней мере, дало бы мне возможность начать разговор.
— Хорошо, я поняла, — кивнула она. — На самом деле, с таоей стороны, это довольно предусмотрительно. Как тебе такое: на следующем собрании нашего книжного клуба, я задам вопрос о твоём участии. Если они не будут против, я дам тебе знать, и ты сможешь прийти на следующую встречу. Если нет, я могу, по крайней мере, дать знать, какую книгу мы выбрали, чтобы ты мог прочитать её самостоятельно.
— Я действительно ценю это, Селия. Конечно, я предпочёл бы принять участие в обсуждении и услышать, что вы, дамы, думаете о книге. Но если им будет некомфортно мужское присутствие, я ознакомлюсь с книгой самостоятельно.
***
Когда Селия затронула эту тему в разговоре со своими друзьями по книжному клубу, она была приятно удивлена, обнаружив, что они с энтузиазмом восприняли присоединение Колина к их группе.
— Если ты не испытываешь дискомфорта от присутствия твоего бывшего мужа, мы хотели бы ознакомиться с мужским взглядом, — сказали они ей.
Селию позабавило, что две незамужние дамы, похоже, с больши́м энтузиазмом восприняли предложение Колина присоединиться.
На первой встрече Колин полностью покорил даже тех участниц, которые высказывали сомнения. В отличие от нескольких дам, Колин фактически закончил книгу, и смог поделиться несколькими проницательными выводами. В то же время он старался не довлеть в обсуждении. Селия с облегчением увидела, что Колин с уважением относится к разным мнениям, и неоднократно поддерживал других в их заключениях.
В конце обсуждения все согласились, что эксперимент прошёл с большим успехом, и перед уходом все обнимались с Колином. Одинокие участницы, снова отметила Селия, были особенно энергичны в своих проявлениях признательности.
Колин не только присутствовал на следующем собрании, но и пригласил группу провести их встречу в его недавно отремонтированном кондоминиуме. Прибыв, дамы первые полчаса охали и ахали по поводу декора, а Колин без устали подчёркивал, что это всё заслуга Селии.
По обычаю хозяин собрания предостовлял участникам встречи закуски и напитки. Колин сделал всё возможное, предоставив своим гостям несколько подносов с закусками, а также несколько бутылок просекко, чтобы поддержать беседу в нужном тоне. Последовавшее за этим обсуждение книги, возможно, и не отличалось особой интеллектуальностью, но оно определенно было оживлённым.
Когда пришло время уходить, все рассыпались в благодарностях. Одна из незамужних дам, симпатичная молодая рыжеволосая девушка по имени Келли, была так настойчива в выражении своей благодарности, что Селии пришлось по выдуманной причине увести от неё Колина.
Когда все остальные ушли, Селия осталась, предложив Колину помочь с уборкой. Он с благодарностью согласился. После того, как использованные тарелки и стаканы были отправлены в посудомоечную машину, он проводил её до выхода. Взяв её руки в свои, он поблагодарил её за помощь и за поддержку его присоединения к группе.
— Вообще-то, это я должна благодарить тебя, — покачала она головой. — Все прекрасно провели время, как ты, наверное, мог заметить, и я думаю, ты многое добавил в нашу дискуссию. И спасибо за все твои комплименты по поводу декора. Это было действительно мило с твоей стороны.
— Всегда пожалуйста, — ответил он. — И спасибо тебе за то, что избавила меня от Келли. — Лукаво добавил он.
Она мгновенно напряглась.
— Тебе нужно остерегаться её, Колин. Она милая девушка, но она немного молода для тебя. И, судя по тому, что я слышала, она немного людоедка, если ты понимаешь, что я имею в виду.
Он подчёркнуто кивнул, скрывая некое удивление от её реакции.
— Мне нужно идти домой, и ещё раз спасибо тебе за всё.
Селия улыбнулась, и наклонилась, чтобы обнять его и поцеловать в щёку. Затем она отстранилась, и внимательно посмотрела на него.
— У меня такое ощущение, что я вижу тебя совершенно с другой стороны, Колин, и мне это нравится.
Она ещё раз поцеловала его в щёку, затем повернулась и ушла.
***
Когда Винс узнал о новом члене книжного клуба Селии, он был явно расстроен, и потребовал, чтобы она сказала Колину больше не приходить. Она, в свою очередь, была явно раздражена.
— Я ничего подобного делать не буду, — парировала она. — Девочки любят его, и он выглядит отличным дополнением к нашей группе. Так что просто прекрати изображать ревность, Винс. Ничего плохого не происходит, а ты выглядишь глупо, делая вид, будто так оно и есть.
Винсу удалось сохранить свои чувства при себе, но в ту ночь он почувствовал сильное желание вернуть свою жену в свою собственность. Их занятия любовью были необычайно энергичными. Винс, казалось, был полон решимости подтвердить свое господство, скупясь на предварительные ласки, и проникая в неё прежде, чем она полностью возбудилась. Селия поняла, что происходит, и решила, что разумнее не протестовать. Но ей пришлось симулировала свой оргазм, чтобы спровоцировать Винса быстрее достичь кульминации. После этого она поцеловала его и поблагодарила, но когда он заснул, она выскользнула из постели и приняла таблетку Адвила.
На следующее утро Винс застенчиво извинился за то, как обошёлся с ней накануне, но она отмахнулась от него.
— Я бы не хотела, чтобы так было каждый раз, — сказала она ему, — но иногда приятно сменить обстановку.
Почувствовав облегчение, он легким шагом отправился на работу. Как только он ушел, её вымученная улыбка быстро исчезла.
Надевая сарафан, Селия обнаружила, что у неё всё ещё болит после прошлой ночи, и взяла ещё одну таблетку. Позавтракав, и приняв её она поехала в свою дизайнерскую студию, чтобы посмотреть, что запланировано на следующую неделю. Там она обнаружила, что доставили коврик для квартиры Колина, и сразу же позвонила ему, предложив привезти его. Воодушевлённая его согласием, проверив макияж, она направилась к нему.
***
Войдя она расстелила маленький ковёр в месте, куда он был предназначен. Колин похвалил её выбор, а затем пригласил остаться на минутку и выпить с ним чашечку кофе. Она с готовностью согласилась.
Однако, плюхнувшись на его новый диван, она скорчила гримасу, и Колин немедленно заметил это.
— Что с тобой Селия? — спросил он с ноткой беспокойства в голосе.
— Ничего страшного, — ответила она. — Винс был немного хм... агрессивен со мной прошлой ночью, и у меня немного болит, вот и всё.
Она не могла не заметить хмурое выражение, появившееся на его лице, которое затем сменилось выражением решимости. Не говоря ни слова, он отодвинул кофейный столик от дивана. Затем схватил свой новый коврик и расстелил его перед ней. Положив посередине подушку, он жестом пригласил её улечься на коврик. Она было вяло запротестовала, но уступила, когда он настоял.
Как только она легла лицом вниз на ковёр, приподняв бедра подушкой, он оседлал её и начал массировать шею, начиная с основания черепа. По мере того, как его пальцы гладили и надавливали, напряжение начало покидать её тело, и она издала удовлетворенный стон. Затем его руки переместились к её плечам, а затем вдоль позвоночника, воздействуя на её широчайшие мышцы. Вскоре Селия мурлыкала, как довольная кошка, пока он разминал её ноющие мышцы спины.
Она была почти готова заснуть, когда почувствовала, что он придвинулся ниже, просунул руки под её тазовые кости и слегка приподнял их. Эффект был впечатляющим: боль, которую она чувствовала там, исчезла. Поработав с её бёдрами несколько минут, он отпустил их и поднёс руки к её упругим ягодицам. Она быстро вдохнула, когда его руки сжали и помассировали её, но прежде чем она успела возразить, он снова двинулся ниже. Теперь он массировал тыльную сторону её бёдер, и нежно нажимал большими пальцами на икры. Через несколько минут такой процедуры он переместился к её ногам, приподнял их, чтобы снять с неё обувь, и поработать с подошвами и пальцами ног.
— Боже! Колин, это божественно. Я превращаюсь в замазку.
Он ничего не ответил; вместо этого опустил её ноги и начал медленно продвигаться вверх по икрам, сначала надавливая на ахилловы сухожилия, затем слегка проводя кончиками пальцев по коже. Он улыбнулся про себя, заметив, что её дыхание участилось.
Когда его пальцы двинулись выше её колен, она почувствовала прохладный воздух на тыльной стороне своих ног. Она поняла, что он, должно быть, задрал мешавшую ему юбку, убрав со своего пути, но тихий протест замер на её губах, когда он медленно, продвинулся выше. Когда он раздвинул ей ноги, и начал водить пальцами вверх и вниз по внутренней стороне бёдер, она издала тихий стон.
Как только кончики его пальцев приблизились к трусикам, её бедра начали непроизвольно двигаться. Когда он слегка коснулся ластовицы, они оба осознали, насколько влажной она стала.
Теперь всё притворство во время массажа исчезло; вместо этого он начал концентрироваться на её все более чувствительной киске. Она почувствовала, как одна рука оттягивает в сторону край её трусиков, в то время как пальцы другой его руки нетерпеливо скользнули в глубины, которые теперь были обнажены. Он уседно водил пальцем внутри неё, пока не нашёл слегка шероховатую область, представляющую её точку G. Когда его пальцы начали ласкать её, дыхание Селии участилось, пока она не начала задыхаться, а когда ласки прекратились, она разочарованно застонала. Но после того, как те же пальцы переместились к её клитору, её вздохи превратились уже́ в стоны. Теперь его ласки становились настойчивее, он кружил и поглаживал, вызывая ощущения, неуклонно приближающие её к оргазму.
Внезапно он остановился, но прежде чем она успела возразить, она почувствовала его вес на своей спине, вдавливающий её тело в ковер. На этот раз её завела беспомощность: ей нравилась мысль, что он может делать с ней всё, что захочет. Она страстно желала, чтобы он взял её, и вот он взял. Между своими нижними губами она почувствовала стальное копье, которое прощупывало и проникало, мягко, но неумолимо. Когда его член медленно скользнул глубоко в неё, её тело с радостью приветствовало ощущение наполненности.
Какой бы беспомощной она ни была, Селия ожидала, что он возьмёт, и будет использовать её без ограничений. Но достигнув полного проникновения, он плавно изменил направление, выводя член, хотя её тело жаждало большего. Затем, как раз перед тем, как член выскочил из её пульсирующей киски, он вновь изменил направление, и начал новое вторжение. Она слышала, свои удовлетворенные стоны.
Его шелковистые поглаживания, казалось, продолжались и продолжались, почти автоматически. Но в реакции Селии не было ничего автоматического. Её киска хваталась за его член, как наркоманка, жаждущая еще одной дозы, её тихие вскрики сопровождали каждое движение вглубь, и её возбуждение взлетело до невозможных высот, пока член продолжал скользить по её точке G. В последнюю минуту, когда её крики переросли в вопли, а движения бёдер стали неистовыми, Колин ускорился. Быстрее, жестче и глубже он погружался, пока они оба не вскрикнули от взрыва, который был подобен нокаутирующему удару.
Через несколько минут он перекатился на спину, и Селия, извиваясь, обхватила его рукой, положив голову ему на грудь. Она начала что-то говорить, но остановила себя, не осмеливаясь высказать то, что она думала. Вместо этого она прижалась ближе, наслаждаясь теплом его тела.
Их тихое дыхание было прервано мелодией звонка Селии. Она сначала проигнорировала его, но затем неохотно вытащила телефон из сумки. Увидев, кто звонит, она выпрямилась и ответила на звонок.
— Привет, Винс, как дела?
...
— Извини, что пропустила твой звонок, я была занята.
...
— Нет, сейчас свободна.
...
— Конечно, «ланч» звучит заманчиво.
...
— Где встретимся?
...
— Ладно, я буду через полчаса.
...
— Люблю тебя.
Она повернулась, и виновато посмотрела на Колина.
— Прости, мне нужно идти.
Она поспешила в ванную комнату для гостей, и как могла привела себя в порядок. Вернувшись она направилась к двери, но прежде чем уйти, повернулась к нему.
— Нам нужно поговорить. Я тебе позвоню.
Колин понимающе кивнул, и она исчезла.
***
За обедом Винс снова расспросил её о том, где она была и что делала, и Селия просто чуть уточнила свои предыдущие оправдания. В конце концов, он сменил тему. Ему показалось, что он заметил в ней что-то другое, но он не мог понять, что именно изменилось.
В ту ночь он снова захотел с ней секса, проигнорировав её заявление о том, что она слишком устала. Ей удалось принять душ дома, после того, как они вернулись, но она всё ещё боялась, что он может найти какие-то доказательства её неверности. Однако Колин был так нежен в своих занятиях любовью, что Винс не обнаружил ни малейшего намека на её измену. Тем не менее, она почувствовала облегчение, когда он закончил и заснул. Что касается Селии, она долго лежала, думая о своем утре с Колином. Ей снова пришлось имитировать оргазм с Винсом. Возможно, поэтому её сны были очень эротичными.
***
На следующий день Колин работал за компьютером в домашнем офисе, когда зазвонил его мобильный. Взглянув на дисплей, он не удивился, увидев, что звонит Селия. Она умоляла о встрече, чтобы они могли поговорить, и он пригласил её сразу же приехать. Отключившись, он быстро закончил отчет, над которым работал, затем подготовил текстовое сообщение на другом телефоне. Услышав звонок входной двери, и удостоверившись, что это Селия, он нажал «Отправить» на телефоне.
Открыв входную дверь, и впустив Селию, он увидел обеспокоенное выражение на её лице. Она вошла внутрь, он закрыл за ней дверь, затем повернулся, и пристально посмотрел на неё.
— Колин, мы должны поговорить о том, что произошло вчера... — начала она, но он прижал пальцы к её губам, останавливая её.
Она смотрела на него в замешательстве, пока он не подошёл ближе, и не заменил пальцы губами.
— О Боже! — выдохнула она, прежде чем страстно ответить на его поцелуй.
Пока их языки искали друг друга, он повёл её задом наперёд в свою спальню, по пути расстегивая на ней одежду. К этому времени она уже задыхалась, и быстро начала стаскивать с него вязаную рубашку, стаскивая её через голову, и бросая на пол, прежде чем поспешно потянуться к его поясу.
Они молниеносно раздели друг друга; затем Колин подхватил Селию на руки и положил на свою кровать. На этот раз медленного возбуждения не было. Колин был не в настроении ждать, а Селия была уже́ мокрой, когда вошла в его квартиру. Их страсть немедленно достигла точки кипения, когда он скользнул между её бёдер, и пронзил её дымящуюся киску.
Селия взвыла от его натиска, затем вскрикнула от неожиданности, когда он схватил её и перекатился, притянув к себе. Но она быстро перехватила инициативу, поджав под себя колени, и начав скакать на нём так быстро и жёстко, как только могла. На этот раз вместо стонов она выкрикнула череду непристойностей:
— Ох блядь! Колин! Блядь! Блядь! Чёрт! О Боже! Ещё! Сильнее! Да, блядь, да!
***
Винс работал за своим столом, когда на его личный мобильный пришло анонимное текстовое сообщение.
«Если вы хотите найти Селию, вам следует проверить спальню Колина», — гласило оно.
«Кто это? » — набрал он, но ответа не получил.
Обычно он проигнорировал бы сообщение с неизвестного телефона, но это сообщение усилило паранойю, которую он испытывал уже некоторое время. Схватив ключи от машины, он бросился в гараж офиса, и помчался к дому Колина.
***
Селия не была уверена, чего она хотела, когда пришла к Колину тем утром, но теперь член Колина был единственным, что имело для неё значение. Она неистово подпрыгивала вверх-вниз, затем перешла к раскачивающимся движениям, от которых по её клитору пробежала электрическая дрожь. Когда её ноги устали, она вернулась к движениям вверх-вниз, прижимая член к своей точке G. В этот момент он начал свои толчки в неё, и она почувствовала, что поднимается навстречу новому сексуальному взрыву. Она откинула голову назад, полностью и отдалась своей похоти.
***
Винс с рёвом ворвался на парковку кондоминиума Колина. Заметив машину Селии, он резко затормозил перед главным входом, не потрудившись даже поискать место для парковки. Выскочив из машины, он увидел выходящего из подъезда человека, и бросился в открытую дверь, прежде чем она успела закрыться.
Ворвавшись внутрь, он остановился у входа, чтобы сориентироваться. Затем поднялся по лестнице на второй этаж, не желая рисковать тем, что Колин и Селия услышат шум лифта. Выйдя на лестничную клетку, он поспешил прямо ко входу в квартиру Колина. Его первой мыслью было врезаться в дверь плечом, и ворваться внутрь, но когда он взялся за дверную ручку, она с готовностью повернулась в его руке.
«Этот тупой ублюдок забыл запереть дверь! — ликовал он».
Проскользнув в квартиру, он крадучись направился в главную спальню. Не было никаких сомнений относительно того, куда идти, или что он там найдёт. Оттуда отчётливо слышались стоны и возгласы Селии. Как только он вошёл, она закричала, выгибая спину и содрогаясь в оргазме. Затем, пока он в состоянии агонии наблюдал, она рухнула Колину на грудь.
— Какого хрена, Селия? — взревел Винс. — Как ты могла так поступить со мной, особенно с этим?
Потрясённая, она резко повернула голову, чтобы увидеть единственного человека, которого больше всего хотела бы избежать. Винс стоял там с очевидной болью и гневом, его кулаки были сжаты, по щёкам текли слёзы.
— Нет, Винс, нет! Ты должен позволить мне объяснить!.. — начала она, но Винс и слушать этого не стал.
— Тут нечего объяснять, ты, изменяющая шлюха! Ты разбила мне сердце! Я больше никогда не хочу тебя видеть!
С этими словами он повернулся и, слепо пошатываясь, вышел из спальни, направляясь к входной двери.
— Подожди, Винс, прекрати! Ты же не всерьёз! Просто подожди секунду! — выкрикнула Селия, отчаянно натягивая одежду, чтобы последовать за мужем.
Колин молча наблюдал, как Селия уходит. Затем он оделся и вернулся в свой офис. Заметив одноразовый телефон, который оставил на столе, он поднял его и выбросил в мусорное ведро.
«Не думаю, что мне это больше понадобится, — сказал он себе».
Когда телефон упал на дно ведра, на экране высветилось отправленное им сообщение:
«Если хочешь найти Селию, тебе следует заглянуть в спальню Колина».
Он все ещё работал, когда его прервал робкий стук в парадную дверь. Когда он открыл её, вошла Селия, таща за собой большой чемодан на колёсиках. Она повернулась к нему лицом, и Колин увидел, что её глаза покраснели, а косметика потекла по щёкам.
— Винс выгнал меня, — сказала она со слезами на глазах.
— Как он? — спросил Колин.
— Он развалина, — ответила она. — Только что он кричал на меня, а в следующую минуту рыдал навзрыд. Я с трудом понимала, что он говорит. Единственное, что было ясно, что мой вид убивал его, и что он хотел, чтобы я убралась как можно скорее. — Она покачала головой. — Я действительно беспокоюсь о нём, но я не знаю, что могу сделать.
— Мне знакомо это чувство, — кивнул Колин.
Затем её мрачное выражение лица прояснилось.
— Но, по крайней мере сейчас, мы с тобой можем быть вместе. Нам не нужно скрывать, что мы чувствуем друг к другу.
Она подняла руки, чтобы обнять его, но была остановлена его реакцией.
— Я так не думаю.
Она была смущена не только его словами, но ещё больше его тоном.
— Что ты говоришь? — спросила она.
— На самом деле, ты права, Селия, нам больше не нужно скрывать наши чувства. И мои чувства таковы, что я не принял бы тебя обратно, даже будь ты последней женщиной в мире. Я был бы сумасшедшим, если бы вернул изменницу... нет, дважды изменницу, в свою жизнь.
Она была шокирована его вспышкой гнева, но быстро попыталась вернуть себе преимущество.
— Может быть, я и изменила Винсу, но я сделала это, чтобы загладить свою ошибку, которую совершила бросив тебя. Теперь я вернулась, и собираюсь провести остаток своей жизни, показывая тебе, какой любящей и верной я могу быть.
— Ты и в самом деле та ещё штучка, — усмехнулся Колин. — Ты относишься к мужчинам как к взаимозаменяемым частям: устаешь от одного, меняешь его на другого. Если второй вариант не сработает, никаких проблем, просто вернёшься к первому.
— Это нечестно, Колин. Кроме того, ты хотел меня, это ты соблазнил меня!
Он кивнул головой в саркастическом согласии.
— Ну, конечно, я понимаю. Всё, что нужно, это чтобы какой-нибудь парень был с тобой вежлив, сделал тебе пару комплиментов, возможно, преподнес подарок, и ты в мгновение ока спустишь трусики.
— Нет, всё не так.
— Это именно так, и я не сомневаюсь, что если бы я принял тебя обратно, то повторилось бы то же самое. Что ж, у меня для тебя новости, Селия: я увидел, какая ты на самом деле. Как поётся в песне, мы больше никогда не будем вместе. Он подошёл к входной двери, рывком распахнул её, и выбросил её сумку в коридор.
— Убирайся! — заорал он.
Слезы текли по её лицу, дыхание перехватывало между всхлипываниями.
— О Боже! Я не могу поверить, что это происходит! Куда мне идти?
Он скрестил руки на груди.
— Если хочешь знать мое мнение, я бы порекомендовал отправиться прямиком в ад!.
Съежившись перед лицом его гнева, она, пошатываясь, отступила к двери, и Колин быстро захлопнул её, на этот раз убедившись, что задвинул засов. Затем он подошёл к своему дивану и плюхнулся на него, чувствуя, как адреналин медленно покидает его организм.
Начав расслабляться, он стал думать обо всём, что произошло.
«Интересно, что сказал бы обо всем этом доктор Хелмар. В конце концов, я последовал по крайней мере некоторым его указаниям. Я обрёл мудрость, чтобы понять, что я мог изменить, и смелость вносить изменения, даже если иногда при этом мне приходилось зажимать нос. Но «принятие» я оставлю Винсу и Селии. — он покачал головой. — Я не думаю, что кому-то из них будет легко достичь спокойствия. Винсу придётся смириться с тем, что он рогоносец, с которым вот-вот разведутся. Селии придётся смириться с тем, что она изменяющая шлюха, которую выгнали из дома, и которая будет вынуждена разводиться во второй раз. — Он мрачно улыбнулся. — Может быть, мне следует отправить им визитку доктора Хелмара».
Удовлетворенный, он огляделся вокруг, восхищаясь своей отремонтированной квартирой. Затем вернулся в свой кабинет, и сел за стол. Делая это, он заметил визитку с именем и номером Келли, которую сохранил. На обороте было написано от руки: «Позвони мне как-нибудь». Он кивнул сам себе.
«Думаю, я готов сделать именно это».
. И тут мама села и заплакала, я сел перед ней на корточки взял ее за StoriesPorno - порно рассказы, эротические рассказы. 18only Вам ужеМолодой фельдшер в селе - Эротические рассказы
В чем-то очень странный рассказ. Конечно, если принять на веру, что ситуация не смоделирована автором, а произошла на самом деле. Восемь лет Корин потратил на семейную жизнь, а потом еще года полтора-два на некую месть бывшей жене. А кроме морального удовлетворения, что он получил? Кстати, мне кажется, что Селия не отстанет просто так от Колина, и будет еще долгое время метаться между ним и Винсом, пытаясь уговорить хоть кого-то из них принять ее обратно. И этим здорово портить жизнь обоим мужчинам. Не думаю, что этот вариант Колин просчитал.Впрочем, автор имеет право поступать со своими персонажами по собственному усмотрению, но с некой псевдонаивностью Винса он немного переборщил. Ведь ясно-понятно было сразу, что не по доброте душевной Колин решил подружиться с бывшей через полгода (не меньше!) после их совсем не мирного расставания.Эротические рассказы рыжая села на лицо
Название: Уолтер и СелияДобавлен: 21.11.2024 в 02:41Категории: Изменачто он вступил в плотские отношения с другой женщиной вне брака и продолжает это делать по сей день.Судья повернулся ко мне и спросил:— Это правда, мистер Кроуфорд? Помните, что вы находитесь под присягой.— Абсолютная неправда, ваша честь.— Миссис Кроуфорд, есть ли у вас доказательства неверности вашего мужа? — спросил он.— Да, Чарли Симпсон сказал мне, что видел, как мой муж и Ванда занимались этим.— Это тот самый Чарли Симпсон, который назван соответчиком в иске мистера Кроуфорда?— Да, сэр.— Это единственное доказательство, которое у вас есть?— Да, ваша честь.— Адвокат, мистер Симпсон здесь, чтобы подтвердить утверждения вашего клиента? — спросил судья.— Он обещал быть здесь, ваша честь, но пока не появился.Судья посмотрел на меня и сказал:— Мистер Кроуфорд, у вас есть какие-нибудь доказательства, подтверждающие ваше утверждение о неверности вашей жены?— Да, ваша честь, мы уже представили двухчасовую видеозапись ее полового акта с Симпсоном.— Да, я уже просмотрел ее и был весьма впечатлен изображаемыми действиями, свидетелем которых я стал. Это был вышеупомянутый Чарли Симпсон, указанный в вашем встречном иске?— Да, ваша честь.— Думаю, я увидел и услышал достаточно, - ответил судья, - я отклоняю иск миссис Кроуфорд как необоснованный, поскольку нет никаких доказательств ее претензий и ни одного подтверждающего свидетеля, и даю мистеру Кроуфорду развод на тех условиях, которые он запросил.Его молоток с грохотом упал, и клерк объявил дело закрытым. Селия так и стояла с открытым ртом, пока адвокат не оттащил ее в сторону.Через две недели мне позвонила Селия.— Уолтер, я хотела бы поговорить с тобой.— О чем поговорить?— О нас и о том, что произошло.— Селия, нас больше нет, а то, что произошло - это то, что мы развелись.— Я знаю, но это все большая ошибка.— Никакой ошибки, я получил официальные бумаги по почте на прошлой неделе.— Нет, я имею в виду причину нашего развода.— Причина нашего развода в том, что ты почти год трахалась с Чарли.— Я трахалась с Чарли потому, что ты трахал Ванду.— Не было никакой Ванды.— Теперь я знаю, Уолтер, это была ошибка. Я поверила Чарли.— И не поверила мне?— Да, Уолтер, он признал, что солгал мне, вот почему он не пришел в суд, он не хотел лжесвидетельствовать.— Большая и дорогостоящая ошибка, Селия, так почему ты говоришь мне об этом сейчас?— Я хочу вернуться к тебе и снова стать твоей женой. Я хочу показать тебе, как сильно я тебя люблю, и загладить свою вину за то, что не верила тебе.Я не мог поверить в то, что услышал. Она все еще любит меня? Она хочет снова стать моей женой?— Ни единого шанса, Селия. Когда я сказал тебе, что никакой Ванды нет, ты не поверила мне, но поверила Чарли. Должно быть, ты слушала его своей пиздой. Я ни за что не смогуЭротические и порно рассказы села на колени
ГГ шугливый какой то. А вдруг она мне изменит, а вдруг она у меня детей заберет, а вдруг, а вдруг, а вдруг... Волков бояться-в лес не ходить. Весь рассказ, на мой взгляд, построен на противоречиях. Я хочу бабу, но не хочу бабу, потому как она мне изменить может. Я хочу иметь детей, но не хочу их от жены, потому что, если она мне изменит, то может забрать детей. Я ни за что не буду трахать замужних, но трахаю все, что без кольца. Ага, отсутствие кольца это 100%я гарантия, что баба не замужем. И нашли себе интересную семью рогоносцев, где жена просто тащится залетать от левых мужиков. Сколько же она нарожала уже? И куда девает всех детей? Или с Люком первый раз? И как он стал отцом юридически? Усыновление/удочерение? Так а Селия кем указана? Там вроде одинокому мужику нифига не усыновить ребенка? Полюбому она, как жена, должна быть в доках как то указана, а следовательно при разводе, если он случится, она вправе отжать детей. Вроде так ведь? Или он думает, что коли у нее дети уже ест.... И тут мама села и заплакала, я сел перед ней на корточки взял ее за StoriesPorno - порно рассказы, эротические рассказы. 18only Вам уже Порно рассказы » БДСМ » Связала и села на лицо. Связала и села на © 2025 SexReliz.cc - эротические рассказы и секс истории. ВсеКомментарии
В первые дни января в комнате леди Рэдли, в гардеробной, сменяя друг друга, дежурили горничные, чтобы сразу отправиться за врачом, когда у хозяйки начнутся роды.
Лорд Рэдли преобразился; куда подевался тот флегматичный увалень. Он окружал жену такой заботой, что Шарлотта смеялась: "Ты меня избалуешь!". Муж почти не отходил от нее, поддерживал под руку, а на прогулках страшно боялся, что жена может простудиться или подвернуть ногу. Сразу после прогулки Рэдли убеждал Шарлотту прилечь: "Тебе нужен отдых!". И, когда жена лежала, любовался ею, и, спросив разрешения, касался ее живота. Когда в ответ его била изнутри маленькая ножка, Рэдли смеялся: "Похоже, мальчуган будет озорником, если уже начинает драться!". "Надеюсь, не таким, как его отец", - думала леди Рэдли.
Селия с мужем часто приезжали с визитом. Молодая леди Карстерс оживленно рассказывала о том, как осваивает роль хозяйки дома, учится вести дела, куда они ездили на выходные, а наедине с матерью расспрашивала о беременности и родах потому, что молодые супруги решили надолго не откладывать пополнение семьи. Селия больше не пыталась вернуться к разговору, так и не состоявшемуся в карете невесты, но не забыла о том, что хотела сказать матери. Но леди Рэдли ее не расспрашивала, интуитивно опасаясь этой тайны дочери.
*
Схватки начались когда лорд и леди Рэдли вставали из-за стола после ужина. Вскрикнув от внезапной боли, женщина схватилась за угол стола; на глазах выступили слезы.
Рэдли с удивительной для своей комплекции скоростью подбежал к ней, подхватил под руки:
- Что? Уже?
- Кажется, да, - прошептала леди Рэдли, еле дыша от боли.
- Перкинс, приведите доктора! - закричал Рэдли, побледнев от тревоги. - Мартина, воду, полотенца, быстро! Шарлотта, милая, пойдем, я помогу тебе добраться до комнаты, сейчас придет врач... Все будет хорошо, не волнуйся, - успокаивал он жену, поднимаясь с ней по лестнице. Женщина закусила губы, ее рука, лежащая на плечах мужа, дрожала. Каждый шаг причинял новую боль. Чувствуя, как тяжело жене на лестнице, Рэдли останавливался почти на каждой ступеньке, давая Шарлотте отдохнуть. Служанки суетились, таская кувшины с водой и полотенца. Помощник дворецкого, накинув куртку поверх ливреи, побежал на соседнюю улицу за доктором. Суматоха в доме заглушила даже завывание метели снаружи. Ненадолго боль утихла, и леди Рэдли благополучно добралась при помощи мужа и камеристки до будуара. Лорда буквально вытолкали из комнаты жены, и он покорно спустился в кабинет. Ожидая врача, Реджинальд выпил две порции бренди и зажег сигару. Руки дрожали от разносящихся по дому мучительных криков Шарлотты. Восемнадцать лет назад Рэдли так же сидел в гостиной и обливался холодным потом каждый раз, когда жена заходилась в крике, и служанки метались туда-сюда. Он не мог заснуть всю ночь, страдая вместе с женой и пытаясь выпытать у измученных врача и акушерки, все ли проходит благополучно. И невыносимо было понимать, что он не может помочь Шарлотте, остается только ждать. Но почему она, такая хрупкая и нежная, должна терпеть ужасную боль? Поэтому после рождения Селии Реджинальд не торопил жену со вторым ребенком. В ночь, когда рождалась дочка, лорд Рэдли корил себя, это из-за него Шарлотта рыдает от боли, и не мог отважиться на разговор о сыне, о том, чтобы снова подвергнуть жену этим мучениям...
Хлопнула дверь, и поспешно вошел доктор Эванс, на ходу сбросив шубу на руки дворецкому.
- Помогите моей жене, - выбежал навстречу Рэдли, - сделайте что-нибудь, она очень страдает!
- Не беспокойтесь, лорд Рэдли, - уже с лестницы ответил доктор, громыхая чем-то в своем чемоданчике, - леди Шарлотта хорошо переносила ожидание, и при родах не должно возникнуть осложнений. Я бы посоветовал вам пока отдохнуть, - он отметил нездоровый цвет лица Рэдли и его тяжелое, с присвистом, дыхание.
Реджинальд послушно прилег на диван в кабинете, но заснуть так и не смог. Беготня служанок, короткие указания доктора и отчаянные крики роженицы были слышны даже здесь. "В прошлый раз она так не кричала, - обливался холодным потом лорд, ворочаясь на диване, - ну сколько же еще? Неужели Эванс ничего не может сделать, чтобы она легче перенесла это?".
На рассвете он ненадолго задремал, но уже через час проснулся от громкого крика новорожденного.
*
Леди Рэдли с трудом приходила в себя, не веря, что все уже позади. Боль постепенно утихала. А ее сын сердито кричал, пока служанки мыли его и заворачивали в пеленки.
- Поздравляю вас, леди Шарлотта, - усталый доктор Эванс улыбнулся ей. - У вас мальчик, крупный и красивый. Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, мне уже лучше, - улыбнулась в ответ леди Рэдли, пока две служанки хлопотали вокруг нее. - Можно мне взглянуть на сына?
Когда ночью схватки несчетное число раз пронизывали ее тело мучительной болью, подбрасывая ее на постели, пот заливал глаза, а посторонний мужчина прикасался к ее телу и видел ее наготу, леди Рэдли вспоминала, как еще недавно точно так же вскрикивала, вскидывалась и металась в объятиях Дориана, и ей не было так тошнотворно стыдно, когда юноша зажигал весь свет в спальне и не давал женщине прикрыться простыней или рубашкой: "Я хочу видеть тебя, любоваться тобой, - говорил он. - Тебе нечего стыдиться, ты совершенна. Почему ты прячешь от меня свою красоту? Разве она постыдна?". И постепенно Шарлотта перестала прятаться под одеяло, сворачиваться клубочком и хвататься за сорочку, когда Дориан приподнимался и окидывал ее неторопливым взглядом. Она словно наяву видела склоненное над ней лицо со смеющимися карими глазами и нежными ямочками на щеках; имя Дориана трепетало на ее устах, когда рождался их ребенок, и Шарлотта трижды прокусила губу до крови, чтобы не выкрикнуть запретное, не выдать себя, Дориана, загородный домик, шелестящую мишуру, запах нарциссов в спальне... И боялась, что при следующем приступе боли она все-таки не совладает с собой. Какое счастье, что все позади...
*
Ей подали ребенка. Довольно крупный темноволосый мальчик с красным личиком и зажмуренными глазками громко кричал на руках у врача и служанок. Но когда его передали матери, почти моментально успокоился. "Он все время плачет, ему холодно... Позаботься о нем, ему там не место", - сказала ей во сне девушка в мокром платье, и младенец перестал плакать, оказавшись на руках у леди Рэдли.
Увидев, что новорожденный что-то жадно ищет губами, леди Рэдли приложила его к груди. Пока ребенок сосредоточенно причмокивал, женщина рассматривала его. Конечно, в первые часы его жизни сложно определить, на кого он похож, но уже заметны задатки будущей красоты. Аккуратные ушки, тонкий прямой носик, изящная линия губ. Темные волосики, а глаза, наверное, карие. "Рэдли не помнит даже цвета моих глаз, - успокоила себя Шарлотта, - не говоря уже о наших гостях...".
Она продолжала рассматривать ребенка, который уже заснул у нее на груди, и на глазах выступили слезы умиления. До чего же он красив, ее долгожданный сын! А как будет счастлив Реджинальд, который так боялся, что род Рэдли оборвется, потому что он уже слишком стар. Рэдли получит наследника. А она будет любить и лелеять своего маленького Дориана, и хотя бы первые 18 лет он будет принадлежать только ей...
*
Селия приехала, узнав о том, что ночью в родительский дом вызвали доктора Эванса.
Едва не упав на бегу, девушка на ходу сбросила шляпу и тальму на руки дворецкому и вбежала в гостиную. Взглянув на лицо отца, шагнувшего ей навстречу, Селия перевела дыхание: "Слава Богу!".
- Все хорошо, дочка, - лорд Рэдли от избытка чувств обнял и расцеловал дочь. - У тебя братик. Мама сейчас спит. Эванс сказал, что ей нужен отдых. Она решила назвать сына Маркусом Реджинальдом. Я уже видел их. А почему ты приехала одна, без мужа? - спросил лорд. Он медленно привыкал к тому, что его дочурка - уже замужняя дама, к ее модной прическе, взрослым платьям, запаху духов и тому, что старший сын Теодора Карстерса, неугомонный шалопай Дэйв - без пяти минут юрист и муж Селии.
- Дэвид в университете, - Селия опустила глаза, перебирая оборки платья, - готовится к экзамену в библиотеке. Он передает свои поздравления и приедет с визитом, когда освободится.
- Что-то случилось? - Реджинальду послышались в голосе дочери неверные нотки. Он пересел на пуфик рядом с ней и обнял.
- Ничего, - девушка отвела глаза. - Вам показалось, правда. Только не говорите об этом маме, она будет нервничать, а ей сейчас нельзя...
- Так мне показалось? - Рэдли пытливо взглянул в лицо дочери. - Да, видно, к старости я становлюсь мнительным.
Селия благодарно прижалась к плечу отца.
- Маркус - хорошее имя, - сказала она.
- Крестными будут Агата и Гарри Уоттон, - вернулся к своей радости лорд Рэдли. - Шарлотта крестила дочь Гарри в июне, и тогда же Уоттон согласился быть крестным нашего ребенка.
Селия слушала, кивала, отвечала, ждала, пока ей разрешат навестить мать и братишку, и надеялась, что не выдаст себя. В том, что ее отношения с Дэвидом не так благополучны, как выглядят, виновата она сама. И она уже не маленькая девочка, чтобы плакаться родителям. Селия многому научилась у матери. "Мама, маменька... Если бы вы знали...".
*
Селия все чаще навещала родителей, объясняя это тем, что Дэвид почти переселился в университет, и она не знает, куда себя девать в пустом доме. Лорд Карстерс приезжал с молодой женой очень редко, оживленно рассказывал об экзаменах, о том, что ему уже предложили практику, садился подле Селии и держал ее за руку, и лорд Рэдли окончательно успокоился. "Показалось, у них все хорошо!". Но чуткий женский взгляд его жены отмечал неестественный энтузиазм Дэвида, натянутую улыбку Селии и то, как вяло и словно нехотя держит зять руку девушки, а Селия совершенно безучастна. Но расспросить об этом дочь или зятя было невозможно. Беспокойство леди Рэдли росло: в августе Селия и Дэвид ожидали ребенка, и, если к этому времени не разрешатся разногласия, в каких условиях будет расти малыш.
Селия охотно играла с маленьким Маркусом, вывозила его в коляске в сад, а однажды попросила мать научить ее купать и пеленать ребенка.
- Правильно, скоро тебе это пригодится, - охотно согласилась леди Рэдли, вынимая из кроватки трехмесячного Маркуса, пока служанки готовили ванночку, полотенца и чистые пеленки. - Меня этому никто не научил, и я была совсем неумелой, боялась к тебе подойти. Ты была такая крохотная, казалась очень хрупкой, и у меня руки дрожали от страха. И когда няня купала или переодевала тебя, я стояла рядом и умоляла: "Только осторожнее, не сделайте ей больно!". А когда кормила, боялась уснуть с тобой на руках. Старшие сестры рассказывали мне о детях, которые от этого задохнулись или расшиблись, упав из рук.
- А на прогулке? - оживленно спросила Селия, которой трудно было представить, что когда-то ее мама, такая решительная и уверенная в себе, могла чего-то бояться.
- А на прогулке страхов было еще больше, - Шарлотта положила Маркуса на пеленальный столик и стала разворачивать пеленки. - Ты могла простудиться, выпасть из коляски, получить тепловой удар, тебя могла укусить пчела... Страшно подумать, какой пугливой я была!
- Он подрос, - Селия засмеялась, глядя, как смеющийся Маркус шлепает пухлыми ладошками по воде. - Он так любит купаться!
- Будь его воля, он переселился бы в ванночку, - леди Рэдли придерживала весело подпрыгивающего ребенка, а другой рукой взяла мочалку. - Селия, передай мне чашку с мылом.
Селия взяла чашку, повернулась, чтобы поставить ее рядом с ванночкой. Маркус залепетал и протянул ручонку, чтобы схватить сестру за рукав. Взгляд Селии упал на пухлую, в перетяжках, руку братика. Чуть ниже правого плечика было крупное родимое пятно, по форме напоминающее цветок нарцисса.
- Селия, - повторила леди Рэдли, - подай мне мыло, - она подняла глаза и увидела дочь, застывшую в неловкой позе, ее остановившиеся глаза и бледное лицо. - Господи, что с тобой? Тебе нездоровится? - женщина инстинктивно потянулась, чтобы поддержать Селию. И проследила за ее взглядом. Родимое пятно на руке Маркуса. Как хорошо Шарлотта его знала, как изучила каждую его черточку, когда Дориан распускал ее волосы и перебирал их, протягивал руки, лежа на кровати: "Ну, иди же ко мне!", или во сне переворачивался на бок, натягивая одеяло на голову так, что снаружи оставались только его темная макушка и рука, сжимающая край одеяла, гладкая, с аккуратными мускулами и белой, как мрамор, кожей, и этот "нарцисс" ниже плеча...
"Раньше преступников клеймили лилией, а я - Нарцисс", - смеялся Дориан, играя своими милыми ямочками на щеках. "Почему ты преступник?" - спросила леди Рэдли. "Потому, что грешно желать чужую жену, - прошептал Дориан, привлекая женщину к себе и распуская ее золотистые волосы, - а я ничего не могу с собой поделать, - он прижался губами к ее губам, осыпал поцелуями ее шею, плечи. - И смею надеяться, что и ты меня... - прогудел он почти в самое ее ухо, последнее слово Шарлотта не различила потому, что сердце запрыгало как мячик от его объятий и поцелуев, а по спине пробежали щекотные мурашки. "Ты сводишь меня с ума, - прошептал Дориан, - еще с того дня, как впервые увидел тебя в гостиной у Гарри. Твой муж высмеял мой старомодный фрак, а я даже слов не разобрал потому что видел только тебя и слышал только твой смех, когда ты разговаривала с подругами...". "Ты, наверное, это всем своим пассиям говоришь!". "Ни одной, - серьезно ответил Дориан, уже без оттенка любовного воркования или дурашливости, его глаза потемнели, как черный бархат, а лицо стало строгим и взрослым. - С тобой не сравнится никто!".
Она покраснела и села на кушетке, не веря своим ушам. "Это правда", - сказал Дориан и обнял Шарлотту за талию.
Отметину в виде цветка на правой руке Маркуса она заметила еще тогда, когда мальчика впервые подали ей после родов. Сердце тревожно стукнуло. Потом леди Рэдли успокоила себя - в салонах не принято ходить раздетыми, и, скорее всего, мало кто знает о родимом пятне. А те, кто знает, - вспомнила Шарлотта леди Джулианну, - болтать об этом постесняются. Так что мне ничего не грозит. Некому шепнуть Рэдли о том, что у Маркуса такой же "нарцисс" на руке, как у Дориана... Конечно же, знал несчастный мистер Холлуорд...". Вспоминая Бэзила, леди Рэдли со страхом прерывала ход своих мыслей. Что за темная история произошла в доме Дориана в ту ночь? Шарлотта боялась даже предполагать. Сибила называла какого-то "его", сеющего зло в жизни Дориана. Но кто "он", леди Рэдли не хотела знать. Она подозревала, что эта тайна слишком опасна.
*
- О, опять эта мигрень! - леди Рэдли прижала пальцы к виску. - Эвелин, Лили, пожалуйста, искупайте и уложите Маркуса, а леди Карстерс проводит меня в будуар...
Селия встревоженно взглянула на мать, но, встретившись с ней взглядом, поняла ее игру. Мать и дочь рука об руку вышли.
Плотно закрыв дверь будуара, леди Рэдли еле слышно спросила у дочери:
- Селия, тебе... тебе знакомо это родимое пятно?
Девушка только кивнула. Она покраснела до слез и больно прикусила губу.
У леди Рэдли сжалось в груди так, что перехватило дыхание, и она прижала ладонь к глазам.
- Мама? - обеспокоенно шагнула к ней Селия.
- Так он был с тобой, - прошептала Шарлотта. - Все-таки был...
Селия снова кивнула, опускаясь на пуфик и всхлипывая. Она поняла, что выдала себя неосторожным взглядом. И стыдно было не только за свой грех, но и за то, что она знала о матери. Девушка хотела признаться во всем в карете невесты осенью, но тогда решимость изменила ей.
- Как это случилось? - Шарлотта сидела напротив дочери на краю кресла, до белизны сжимая пальцы и шептала так, будто разучилась говорить иначе.
- На дебюте, - так же тихо отвечала Селия. - Он предложил тост за опьянение, а потом еще принес полный бокал коньяка и поддразнивал, неужели я до сих пор маменьки боюсь... А потом в моей комнате... я ничего не соображала... он просто взял меня... а потом... ой, больше не могу, простите, мама... - Селия заплакала, по-детски закрыв лицо руками.
Леди Рэдли словно окаменела, глядя на дочь. Она вспомнила, какой случай свел их с Дорианом наедине впервые, на том самом дебюте Селии. Потеряв дочь из вида, она подошла к Гарри и Бэзилу и спросила, не видели ли они Селию. И Уоттон намекнул ей, будто Селия и Дориан поднялись наверх...
Леди Рэдли, не помня себя, попятилась и почти побежала на второй этаж. "Если он посмел, я заставлю его пожалеть...". В комнате Селии она застала одного Дориана без сюртука. Юноша возился с манжетами сорочки. "Что-то случилось, леди Рэдли?" - спросил он, глядя, как женщина в исступлении заглядывает за все портьеры, распахивает гардероб, зовет дочь. Его учтивый тон и легкая улыбка окончательно привели Шарлотту в исступление. "Где Селия, негодяй?!" - она была готова вцепиться ему в глаза. Дориан так же спокойно ответил, что не знает, он поднялся наверх, чтобы сменить обрызганные вином манжеты. Дориан заверил, что Генри просто бестактно и глупо пошутил. "Вам не о чем беспокоиться", - заверил он женщину. Видя смущение хозяйки дома, Дориан улыбнулся и предложил забыть о недоразумении. И прервал поток ее сбивчивых извинений и благодарностей словами: "До чего вы очаровательны...". Так все и началось. Но Селия говорит...
- Где же ты была? - через силу выговорила леди Рэдли. - Я искала тебя повсюду...
- Под кроватью, - всхлипнула Селия, - услышав ваши шаги и голос, Дориан велел мне спрятаться. "Я быстро ее спроважу", - сказал он. И я все слышала...
Леди Рэдли выпрямилась, бледная, как те самые нарциссы в загородном домике. Она смотрела на дочь широко раскрытыми глазами и не могла произнести ни слова. Это выходило за все границы, Шарлотта не могла даже представить себе подобное, а потом ее охватил ужас. "Селия все знала. Боже, я всю жизнь старалась быть для дочери примером безупречного поведения, а тогда она услышала, как я растаяла в объятиях этого мальчишки!". Потом - негодование: "И он поклялся, что не тронул мою дочь! А Гарри... зачем он намекнул мне... так у них все было задумано... он мстил мне за брак с Рэдли? Но это безбожно!". И догадка: "Может, из-за этого Дэвид холоден к Селии?!".
- Дьявол, - наконец выговорила она. - Чудовище... Прости меня, Селия. Не знаю, какой дьявол в меня тогда вселился. Что ты обо мне узнала... Селия, это из-за...
- Я призналась Дэвиду накануне венчания, - тихо сказала Селия, по-прежнему не поднимая голову, - не хотела его обманывать. Я не сказала, кто это был. Он ответил, что я не виновата и мы это преодолеем. Но не можем. А тогда... Когда вы ушли, Дориан сказал, что я могу вылезать, и мы продолжим. А я сказала, чтобы он уходил. Не могла... Ведь он пригласил вас к себе. И решила, что я больше никогда... Мне было так стыдно, хотелось отравиться... - Селия снова заплакала. - Чувствовала себя такой грязной, даже на исповедь стыдилась пойти, казалось, что не смогу войти в церковь с таким грехом. А потом увидела вас в той пролетке на рассвете, когда мистер Грэй закидал нашего кучера куриными яйцами. Вы хохотали на заднем сидении, и ветер трепал ваши волосы... А потом...
Шарлотта закрыла лицо руками. Такого позора она до сих пор не переживала.
- Прости, Селия, - повторила она. "Пока я бесстыдничала и лгала, моя дочь была один на один с такими мучениями и чуть не наложила на себя руки... - леди Рэдли содрогнулась, вспомнив Сибилу. - Он сеет вокруг себя горе!".
Женщина пересела на пуфик и обняла дочь. Селия, как в детстве, прижалась к матери, а Шарлотта гладила ее по голове и тоже плакала.
*
Леди Рэдли сидела на скамейке возле песочницы, глядя, как Маркус лепит башенки из песка. Темноволосый мальчик напоминал отца только бархатными глазами, ямочками на щеках и не по возрасту высокой тоненькой фигуркой. Спокойный, серьезный мальчик, он был очень привязан к матери, смотрел на нее с обожанием и угадывал, когда мать хочет его позвать. Вот и сейчас он подбежал к скамейке прежде, чем Шарлотта успела его окликнуть.
- Давай наденем шляпу, солнце припекает, - леди Рэдли отряхнула курточку сына от песка и завязала у него под подбородком тесемки соломенной шляпы, поцеловала мальчика и отпустила. - Думаю, к обеду ты успеешь построить свой дворец...
В аллее появились лорд Генри и его дочь. Эмили была на полгода старше Маркуса. Дети сдружились и часто играли вдвоем. Увидев товарища в песочнице, Эмили вырвала руку из ладони отца и побежала к нему. Уже вскоре мальчик и девочка увлеченно строили крепостную стену вокруг песочного дворца, а Уоттон подошел к скамейке. После внезапной смерти жены (злые языки шептались о том, что это было самоубийство, потому что Гарри извел бедняжку своими колкостями) он сник, стал почти затворником и уже не блистал острословием в салонах.
- Ты позволишь составить тебе компанию? - после паузы спросил Генри, простояв у скамейки пару минут. Леди Рэдли сухо кивнула. На людях она выдерживала ровный учтивый тон с Гарри, стараясь не выдать неприязни к бывшему поклоннику. До чего он дошел, вымещая свою обиду. Уоттон попытался завязать с ней разговор на общие темы; женщина отвечала односложно, не глядя на собеседника: Реджинальд завтра возвращается из Глазго; Селия и Дэвид с маленькой Мартой в Брайтоне: девочке полезен морской воздух. Да, завтра она будет на собрании у леди Агаты. Да, она рада, что Эмили и Маркус подружились. Нет, она тоже давно не получала писем с континента...
- Шарлотта, - не выдержал ее отчужденности лорд Генри, - я понимаю, чем вызвано твое отношение, но...
- Бюсь, что не понимаешь, - тихо ответила леди Рэдли, - твой друг чуть не разрушил нашу жизнь. Селия и Дэвид были на грани разрыва. Моя дочь видела мой позор. Мне всю жизнь придется бояться, что Маркуса назовут ублюдком, сыном распутницы. Я забыла о долге жены и матери, о женской чести и приличиях, принимала ложь за чистую монету, а ты наблюдал мое падение и смеялся. За что ты так поступил со мной, Гарри?
- Шарлотта, - Генри сморщился и потер лоб, как от головной боли, - я не мог забыть тебя, как ни старался. Искал забвения в вине, со шлюхами, в оргиях. Женился. Но каждый раз, когда видел тебя рядом с Рэдли, самодовольным увальнем, у меня сознание мутилось от бешенства...
- Рэдли ни разу не причинил мне зла! - покраснела от обиды за муа леди Рэдли. - Он оберегал меня, прислушивался, верит мне! Он любит меня, - резко заключила женщина, - и, даже если бы твой друг подтолкнул бы меня к побегу, Рэдли не стал бы мне мстить, тем более так гадко. А я еще смеялась над ним вместе с вами. Если бы в столице узнали, что ты устроил, твой клуб стал бы единственным местом, где тебя принимали бы, кого там только не принимают. Но на твое счастье, в этой истории я грязна так же, как ты, и не хочу разрушить будущее своих детей и сразить наповал своего мужа. Ради них я молчу. Не ради тебя!
- Я слишком поздно понял, как выглядит то, что я задумал, - Генри вертел в пальцах папиросу, забыв ее прикурить. - И заслужил упреки. Но Дориан... Он не был лишь моей покорной пешкой. Иногда я совершенно не понимал этого мальчишку и даже побаивался его. Что-то в нем было неладно с тех пор, как Бэзил написал его знаменитый портрет. А после смерти невесты Дориан словно с цепи сорвался. Ты еще не обо всех его выходках знала. Что Дориан иной раз творил, я даже повторить при тебе не могу...
Шарлотта хотела резко ответить, что не нуждается в "ностальгических" воспоминаниях Гарри о развлечениях Дориана в столице, но упоминание о портрете и девушке из Ист-Энда изменило ход ее мыслей. Как-то связаны между собой эти три факта. И исчезновение портрета из гостиной, ночные кошмары Дориана. И почему он уехал (или сбежал) - от угрызений совести, не желая окончательно погубить ее... Или... Или потому, что боялся кого-то? Тут леди Рэдли оборвала пугающую ее логическую цепочку. Она боялась единственного вывода, который напрашивался.
"Но вряд ли я смогу простить Гарри за все, что он сделал, и за бедняжку Викторию, невинную жертву... Гарри не смог стать хорошим мужем, может, теперь он будет хотя бы хорошим отцом...".
Гарри посмотрел на Эмили, которая учила Маркуса украшать крепостную стену цветными камешками и пригладил седеющие виски:
- Спасибо, Шарлотта. Да, ради них мы должны похоронить эту историю. Она позорит меня больше, чем кого-либо, и я не хочу бесчестия. Ради детей мы должны быть безупречны...
Леди Рэдли сухо кивнула. Она хорошо понимала отцовские чувства Генри потому, что они были ей знакомы.
- Да, думаю, мы это сможем, - сказала она вслух.
2025-03-25Существа, демоны приходили каждую ночь, Селия чувствовала их присутствие. Они были всюду, они смотрели с потолка, окна сада.
Утром девушка обнаруживала следы непрошенных гостей.
Кровавые пятна на скатерти и царапины на окне.... Так на полу она обнаружила странную ткань.
Что должно было удивить ее больше, так это то, что ткань была не просто каким-то случайным куском ткани; это были ее трусики. Селия развернула трусики и обнаружила, что вся внутренность была покрыта толстым слоем густой белой спермы.
Она подняла полностью пропитанные спермой трусики к лицу и понюхала их.
Селия положила наполненные спермой трусики на край кровати и стянула свои.
Селия схватила наполненные трусики, осторожно вошла в них и надела их. Она ожидала, что лужица спермы будет холодной, но, к ее удивлению, она все еще была теплой.
Позвав служанку убраться в её спальне, Селия отправилась гулять в сад.
Ещё одна служанка, нанятая ещё сэром Робертом, была невысокой и милой девушкой.
Когда Селия совершила прогулку и возвращалась назад, то она увидела, что в окне её спальни, что то мелькнуло. девушка посмотрела ещё и заметила, что чья то массивная фигура мелькнула за шторами.
Сердце девушки забилось ещё сильнее.
Селия поспешила в дом. Она поднялась наверх и застыла от увиденного.
Чудовище вцепилось в Верити когтями, но не для того, чтобы убить, а чтобы сорвать с нее одежду. Разрывая ее в клочья и отбрасывая прочь. Верити попыталась вырваться, но оно было слишком сильно, слишком быстрое, легко удерживая ее, когда срывало с нее последнюю одежду, оставив почти голой. Глаза Селии расширились.
Она увидела, как существо схватило Верити за ноги. Его когти обвились вокруг ее бедер, когда оно приподняло ее, сгибая назад под собой. Селия испуганно ахнула, увидев, что оно собирается сделать с девушкой. Селия увидела выражение лица Верити, когда она почувствовала, как он толкает ее между ног. Она резко вскинула голову и увидела то, что сейчас войдет в нее.
— Нет, нет, пожалуйста, нет, - взмолилась она, пытаясь дотянуться, чтобы остановить его. Существо проигнорировало ее слабые усилия, когда оно потянуло ее вверх на свой член, одновременно проникая в нее. - АРГГГГГ, неееет, - закричала Верити, выгибаясь от боли всем телом. Он крепко схватил ее за бедра, когти впились в кожу, используя их, чтобы натянуть ее на свой член. Верити вцепилась в воздух, и Селия увидела, что она смотрит на неё, умоляя о помощи.
Существо с силой вонзилось в нее, протаранив своим членом ее маленькое тельце. Селия увидела, как струйки крови начали стекать по ее животу с бедер и из влагалища. Член твари был таким большим, что разрывал ее с каждым толчком. Верити сильно тряслась, ее голова раскачивалась взад и вперед от толчков. Теперь она всхлипывала, издавая резкие звуки боли и ужаса.
Оно наклонилось и обхватило когтями грудь Верити, приподняв ее и удерживая на своем члене. Оно вонзило свои когти в ее кожу, разрывая ее маленькие сиськи, начиная качать ее вверх и вниз, используя ее, как будто она была какой-то дрочащей игрушкой. Верити закричала, свесив голову вниз и резко раскачиваясь при каждом движении.
Его движения становились все более жесткими и быстрыми. Оно прижало Верити к своему члену с большей силой, заставляя ее тело содрогаться и кричать от боли. То, как она повисла в его объятиях, позволило Селии увидеть слезы на ее груди. Две длинные кровавые дырки в ее грудию Пока она смотрела, существо резко хрюкнуло, швырнув Верити на него, так что она оказалась полностью внутри нее. Его тело затряслось, и Селия увидела, как широко раскрылись глаза Верити.
— О боже, Не-е-ет! - закричала она. Она вздрогнула, и слезы свободно потекли по ее лицу, когда она безвольно повисла в его руках. Тварь продолжала кончать, и Селия увидела, как сперма капает у нее между ног. Оно заполнило ее влагалище и все еще кончало. Белые капли крови стекали на пол, когда она вздрагивала и рыдала. Верити тихо всхлипывала, слишком ошеломленная и обиженная, чтобы сделать что-то еще. Пол облизал губы-это было лучше любого порно, которое он когда-либо видел.
Оно вышло из нее внезапно, так же как и вошло в ее влагалище, испачканное красной кровью, которая брызнула на пол.
Предутренняя дымка кутала деревья в кружевной саван и скользила по сырой кладбищенской земле, скрывая потрескавшиеся надгробия и покосившиеся кресты; молочный туман накрывал лиловое пасмурное небо, тонкий слой инея лежал на обросших мхом ветках кустарников. День обещал быть дождливым.
— Моя дорогая, поспеши! — ласково произнесла Дебора Попрощайся с матушкой и поторопись! Я очень не хочу, чтобы ты заблудилась здесь. Туман сегодня невероятно непроглядный и густой, как бельмо.
— Хорошо! Я почти закончила! — торопливо пролепетала Селия и положила венок из белоснежных пионов на могилу матери.
Дрожит крохотное пламя в руках, рискуя быть погашенным неосторожным движением. темнота чердака рассеивается от ауры теплого света. обжигающие слезы свечи капают на пальцы, тут же превращаясь в застывшие капельки воска. робкая тишина притаилась за спиной, испуганно исчезая от протяжного скрипа половиц.
Дебора застыла на месте, из темноты на неё уставилось нечто, большое и ужасное.
С криком ужаса она повернулась и побежала, а демон погнался за ней.
Дебора успела сделать всего три шага, прежде чем демон поймал ее. Он схватил ее за руку, развернул и толкнул в ближайшую стену. Дебора ахнула, когда ее голова ударилась об стену. Демон почувствовал, как она слегка осела, когда удар на мгновение оглушил ее. Он воспользовался тем, что прижал ее к стене.
Он дернул платье вниз, открывая ее тело, когда стянул его вниз, соскользнув с ее ног, а затем отбросив его назад. Она лежала на полу и всхлипывала, а он смотрел на нее сверху вниз, его глаза сузились при виде ее лифчика и маленьких белых трусиков.
Он перевернул ее на бок, быстро потянулся вниз, чтобы расстегнуть лифчик, стащил его с нее и уставился на ее сиськи. Они были маленькими, два маленьких комочка торчали из ее груди. Но ее соски, они были восхитительны, большие и коричневые, они взывали к нему.
С рычанием он поднял голову, чтобы посмотреть на нее, размахнулся и ударил ее по лицу, отчего ее голова резко дернулась в сторону.
Он вцепился пальцами в ткань ее трусиков и потянул их вверх с такой силой, что они порвались, и он сорвал их с нее.
Нет, это не могло случиться с ней. Затем она почувствовала, как он сильно толкнул бедра. Ее глаза распахнулись, и она вскрикнула от острой боли, когда его член проник в нее. Он отстранился и толкнул снова, потом еще раз. Каждый раз она вскрикивала от острой боли, пронзавшей ее между ног. Это не может быть происходит. Демон с ворчанием отстранился, напрягся и снова врезался в нее. Она чувствовала, как он пронзает ее интимное место, вбивая в нее свою твердую штуковину, растягивая ее так широко, что казалось, будто он толкает ее в живот. Она закричала от внезапной, ужасной боли, гораздо сильнее, чем раньше.
Дебора всхлипнула от ощущения чего-то твердого и горячего внутри нее. Ей показалось, что оно проникает в живот, было так больно.
Демон начал двигать бедрами, входя и выходя из нее, жестко, быстро, вбивая свою штуковину в нее со всей силы.
Она чувствовала, как его движения становятся все более дикими, все более требовательными, он быстро входил в нее.
Он использовал свой вес и силу, чтобы прижать ее к себе, пока не остановился, его тело странно напряглось, когда он издал стон. Дебора почувствовала, как ее глаза расширились, когда он начал выплескивать что-то внутри нее. О Боже, неужели он мочится в нее? Нет, это было неправильно, это была не жидкость, она была гуще, и она чувствовала, как она покрывает ее изнутри.
Она всхлипывала, чувствуя, как он вливает в нее все больше и больше, пока, наконец, это не закончилось, и он несколько мгновений лежал на ней, тяжело дыша, прежде чем медленно подняться на ноги.
Дебора выглядела такой разбитой, лежа на полу, совершенно голой и с его спермой, окрашенной в розовый цвет ее кровью, сочащейся из ее влагалища.
Велет и Леонард вошли в замок предварительно постучав в двери.
Им не кто не открыл, но дверь была открыта.
Дальние родственники Барона решили заехать по пути в своё имение.
Поднявшись наверх, Велет толкнула дверь в комнату Селии
— Тут есть кто-нибудь ?- её осторожный голос разнёсся эхом по замку.
Как только дверь со скрипом отворилась, брюнетка застыла от ужаса, а потом истошно завопила.
— ААААААА.....
На постели лежала Селия, полностью обнажённая, а у её ног сидело существо с красными глазами и чёрными рогами.
Другое существо сидело в кресле и при виде Велет оторвалось от своего занятия и оскалилось так, что Велет забыла как дышать.
Демон держал в руке чёрный лифчик с кружевной отделкой, вышитой на чашках.
Его пальцы ласкали кружево чашек, а вторая рука скользила по огромному члену. Демон подвинул лифчик к своему члену, позволяя чашечке обхватить головку его члена. Глядя вниз, можно было ясно увидеть набухшую головку члена, через кружево чашечки.
Ощущение от кружева было божественным и его сперма медленно сочилась и впитывалась в чашечку бюстгальтера.
Второй демон урчал, и двигался в ногах Селии.
Остекленевшими от ужаса глазами Велет бросилась бежать прочь.
Она споткнулась на лестнице, больно ударившись о стену.
Её дрожащие пальцы прошлись по полу и она вскочив на ноги снова побежала.
Когда она очутилась внизу, то увидела как тело её мужа валялось на полу в луже крови.
Из кухни на неё надвигалось огромное существо покрытое чёрных ихором и между ног его болтался чудовищный член.
Велет издала хриплый писк и почувствовала, что теряет сознание...
2025-03-22В чем-то очень странный рассказ. Конечно, если принять на веру, что ситуация не смоделирована автором, а произошла на самом деле. Восемь лет Корин потратил на семейную жизнь, а потом еще года полтора-два на некую месть бывшей жене. А кроме морального удовлетворения, что он получил? Кстати, мне кажется, что Селия не отстанет просто так от Колина, и будет еще долгое время метаться между ним и Винсом, пытаясь уговорить хоть кого-то из них принять ее обратно. И этим здорово портить жизнь обоим мужчинам. Не думаю, что этот вариант Колин просчитал.Впрочем, автор имеет право поступать со своими персонажами по собственному усмотрению, но с некой псевдонаивностью Винса он немного переборщил. Ведь ясно-понятно было сразу, что не по доброте душевной Колин решил подружиться с бывшей через полгода (не меньше!) после их совсем не мирного расставания.
2025-04-02Название: Уолтер и СелияДобавлен: 21.11.2024 в 02:41Категории: Изменачто он вступил в плотские отношения с другой женщиной вне брака и продолжает это делать по сей день.Судья повернулся ко мне и спросил:— Это правда, мистер Кроуфорд? Помните, что вы находитесь под присягой.— Абсолютная неправда, ваша честь.— Миссис Кроуфорд, есть ли у вас доказательства неверности вашего мужа? — спросил он.— Да, Чарли Симпсон сказал мне, что видел, как мой муж и Ванда занимались этим.— Это тот самый Чарли Симпсон, который назван соответчиком в иске мистера Кроуфорда?— Да, сэр.— Это единственное доказательство, которое у вас есть?— Да, ваша честь.— Адвокат, мистер Симпсон здесь, чтобы подтвердить утверждения вашего клиента? — спросил судья.— Он обещал быть здесь, ваша честь, но пока не появился.Судья посмотрел на меня и сказал:— Мистер Кроуфорд, у вас есть какие-нибудь доказательства, подтверждающие ваше утверждение о неверности вашей жены?— Да, ваша честь, мы уже представили двухчасовую видеозапись ее полового акта с Симпсоном.— Да, я уже просмотрел ее и был весьма впечатлен изображаемыми действиями, свидетелем которых я стал. Это был вышеупомянутый Чарли Симпсон, указанный в вашем встречном иске?— Да, ваша честь.— Думаю, я увидел и услышал достаточно, - ответил судья, - я отклоняю иск миссис Кроуфорд как необоснованный, поскольку нет никаких доказательств ее претензий и ни одного подтверждающего свидетеля, и даю мистеру Кроуфорду развод на тех условиях, которые он запросил.Его молоток с грохотом упал, и клерк объявил дело закрытым. Селия так и стояла с открытым ртом, пока адвокат не оттащил ее в сторону.Через две недели мне позвонила Селия.— Уолтер, я хотела бы поговорить с тобой.— О чем поговорить?— О нас и о том, что произошло.— Селия, нас больше нет, а то, что произошло - это то, что мы развелись.— Я знаю, но это все большая ошибка.— Никакой ошибки, я получил официальные бумаги по почте на прошлой неделе.— Нет, я имею в виду причину нашего развода.— Причина нашего развода в том, что ты почти год трахалась с Чарли.— Я трахалась с Чарли потому, что ты трахал Ванду.— Не было никакой Ванды.— Теперь я знаю, Уолтер, это была ошибка. Я поверила Чарли.— И не поверила мне?— Да, Уолтер, он признал, что солгал мне, вот почему он не пришел в суд, он не хотел лжесвидетельствовать.— Большая и дорогостоящая ошибка, Селия, так почему ты говоришь мне об этом сейчас?— Я хочу вернуться к тебе и снова стать твоей женой. Я хочу показать тебе, как сильно я тебя люблю, и загладить свою вину за то, что не верила тебе.Я не мог поверить в то, что услышал. Она все еще любит меня? Она хочет снова стать моей женой?— Ни единого шанса, Селия. Когда я сказал тебе, что никакой Ванды нет, ты не поверила мне, но поверила Чарли. Должно быть, ты слушала его своей пиздой. Я ни за что не смогу
2025-04-07